Остров миллиардеров. Часть 2 (ЛП) - Хиллиер Оливия - Страница 27

— Черт.

— Только не говори мне, что ты думаешь, будто это тот самый нарамник? — спросил он. — Где ты его нашла?

— Нет-нет-нет, конечно, я так не думаю, — ответила я. — На самом деле это просто безумная история. Я вышла на утреннюю прогулку, стояла в очереди за кофе и увидела, как что-то блеснуло у столба светофора. Я заметила нарамник и… ну, меня словно что-то зацепило. Внутреннее чутье подсказало, что я его знаю и должна подобрать, но я никак не могла вспомнить, откуда он мне знаком. Не могу поверить, что забыла ту историю.

— Это странно. Реально, сука, странно, — ответил он. — Но единственный способ узнать, ее ли это нарамник, — проверить, есть ли внутри гравировка. О Господи. Не знаю, помню ли я ее сейчас… что-то, что ее отец, по его словам, выгравировал внутри, прежде чем подарить ей.

Я почувствовала, как кровь от конечностей прилила к бешено колотящемуся сердцу, когда взглянула на украшение в своих руках. Я провела пальцем по его внутренней стороне. Там мелким почерком было выведено: Aloha Aku no, aloha mai no.

— Дико, что ты нашла его в Нью-Йорке, — продолжил он. — Спустя столько лет я думал, что найти на улице что-то связанное с тем делом практически невозможно.

Я прочистила горло, закрыла глаза и отбросила нарамник через всю комнату. Меня трясло. Но Джонатан знал меня слишком хорошо. Он мог уловить малейшее изменение в моем голосе. Мне нужно было взять себя в руки. Это было не то, о чем он должен был узнать прямо сейчас.

— Ты просто подобрала чью-то потерянную вещь. Возможно, другой гавайской девушки, — добавил он.

— Да, ты прав, — произнесла я, гордясь тем, насколько уверенно прозвучал мой голос. — В любом случае рада, что мы это прояснили. Спасибо за разговор. Мне правда пора возвращаться к сестре, думаю, она наконец просыпается. Есть что-нибудь на работе, о чем мне стоит знать?

— Ничего такого, о чем тебе стоило бы переживать в единственный отпуск, который я вообще видел в твоем исполнении, — ответил он. — Иди наслаждайся временем в городе и обязательно передавай привет Молли от меня. Не терпится услышать все об этом ее новом мужчине.

— Спасибо, Джонатан. Скоро посюсюкаем… И да, пожелай мне удачи с Генри.

Джонатан засмеялся, и я повесила трубку. Я швырнула телефон, и он приземлился рядом с нарамником на краю кровати.

Какого черта он здесь делал? Я знала, что с этим местом или с Генри что-то не так. Я, блядь, это знала.

Элиза

— Как мило с твоей стороны присоединиться к нам, соня, — Рейвен первой заметила, как я выхожу к бассейну, и едва эти слова слетели с ее губ, все за большим столом тут же повернули головы в мою сторону.

Улыбайся, Элиза, улыбайся. Все в порядке, ты справишься. Ты же профессионал.

Генри сидел слева от Молли. Он выглядел чертовски счастливее, увидев меня, чем сама Молли. Было очевидно, что под столом они касались друг друга. Лотта сидела во главе стола, а Джеки — напротив них, лицом к бассейну. Я присела рядом с Рейвен, и мой желудок сжался при виде завтрака, разложенного между нами. Рейвен схватила шоколадный круассан из одной из многочисленных корзин с выпечкой. Тарелка с блинами занимала центр стола, и прежде чем я успела толком сказать «доброе утро», из-за моей спины появилась Джеки и поставила передо мной два кусочка хлеба на закваске.

— Принести вам яиц? — спросила она.

— О, спасибо, было бы здорово.

— Вы хотите омлет, яйца пашот, яичницу-болтунью…?

— Пашот с авокадо на гарнир было бы отлично, спасибо.

Она кивнула, улыбнувшись мне в ответ, после чего быстро исчезла в глубине особняка, и я не могла не заметить, как мгновенно ее манера поведения стала профессиональной по сравнению со вчерашним днем. Я догадалась, что она не станет садиться с нами за завтрак, и само присутствие Генри, возможно, имело к этому какое-то отношение.

— Генри, это моя старшая сестра Элиза. Элиза, это Генри.

— Да, мы уже знакомы, — сказал он, подмигнув мне и прихватив абрикосовую улитку из вазы с выпечкой.

— Вы двое уже успели познакомиться? — спросила Молли, отстраняясь от Генри. Она нахмурилась, глядя сначала на меня, а затем снова на Генри.

— Да. На самом деле Элизу вряд ли можно назвать соней. Она встала раньше всех, и мы вместе выпили по чашке кофе, пока поднималось солнце, — сказал Генри.

— Да, так и было, — ответила я, вежливо улыбаясь, пока мое сердце бешено колотилось. Я смогу это сделать. Я смогу сохранить хладнокровие. Я же профессионал.

— О, ты мне этого не говорила, — вздохнула Молли.

— Ну и как тебе выбор мужа Молли? Одобряешь? — спросила Лотта, игриво толкнув меня в плечо.

Я перехватила взгляд Генри. Едва заметная улыбка тронула его лицо, пока он медленно пережевывал выпечку. Внимание всех собравшихся за столом теперь было приковано ко мне в ожидании ответа. Молли, казалось, затаила дыхание, уже выглядя измученной от того, каким, по ее мнению, будет мой ответ.

— Мне нравится, как уважительно он отзывается о моей сестре, — произнесла я, когда Джеки поставила передо мной два яйца пашот и половинку авокадо. — И я должна сказать, что гостеприимство, которое вы нам оказали, поистине невероятно. Но… — Я заметила, как взгляд Молли опустился с меня на омлет перед ней. Ее губы сжались едва я произнесла это «но».

— Но я считаю, что нам нужно провести вместе гораздо больше времени и получше узнать друг друга, прежде чем я смогу сказать о нем что-то еще, — закончила я.

— Я полностью согласен, Элиза, и очень рад, что ты здесь. Теперь мы можем не торопясь узнать друг друга получше до наступления главного дня, — сказал Генри.

— Прежде чем ты фактически станешь моей семьей, — добавила я.

— Да, прежде чем ты станешь частью семьи, — произнесла Молли, наклоняясь ближе к нему и целуя в щеку.

И Лотта, и Рейвен затаили дыхание от умиления при виде их очевидной влюбленности друг в друга.

— Что ж, нет лучшего способа узнать друг друга, чем за таким завтраком, — сказала Лотта.

— Полностью согласна, — подхватила Рейвен. — Что думаете? Не пора ли устроить Генри небольшой допрос с пристрастием? Двадцать вопросов от нас, просто чтобы убедиться, что ты действительно тот самый мужчина для нашей девочки.

Лотта рассмеялась, глядя на Рейвен и пытаясь понять, всерьез она или шутит. Лотта, очевидно, и так слишком хорошо знала Генри, но поскольку моя сестра все еще отказывалась встречаться со мной взглядом, я увидела, как краска медленно сходит с ее лица. Она запихнула в рот кусок хлеба на закваске.

— Думаю, это отличная идея, Рейвен. Двадцать вопросов. Как думаешь, справишься, Генри?

Он улыбнулся мне в ответ:

— Задавайте. Мне нечего скрывать.

В душе я усмехнулась его замечанию. Я не знала, что именно скрывает Генри, но это точно не было «ничем». Я уже увидела слишком много и ни за что на свете не позволю ему надеть еще одно кольцо на палец моей сестры, пока не узнаю точно, в чем дело.

— Можешь начинать, если хочешь, Рейвен, — сказала я.

Она широко улыбнулась, потирая руки перед грудью, словно готовилась к словесной битве, в победе в которой была абсолютно уверена. Рейвен начинала мне нравиться все больше.

— Итак, Генри, я бы хотела знать твою позицию относительно детей. И я не хочу, чтобы ты увиливал от важных деталей. Мне не нужен типичный мужской ответ. Я хочу правду, настоящую правду. Хочу знать подробности: сколько, когда, все до мелочей.

Бледное лицо моей сестры теперь стало ярко-розовым. Я знала свою сестру. Если у нее когда-нибудь и появятся дети, то не раньше чем лет через десять.

— Дети не входят в мои планы в ближайшее время. У меня нет к этому желания, — ответил Генри. — И я верю, что Молли чувствует то же самое. Я никогда не говорю «никогда», но прямо сейчас самое важное в моей жизни — это построение наших отношений и совершенно новой жизни с моей невероятной женой. К тому же мы оба очень сосредоточены на карьере, и мой бизнес пока остается моим главным ребенком.