Один из нас виновен (ЛП) - Кавана Стив - Страница 25

— У него память пока работает, — ответила Кристин.

— Пап, пойдем, — сказала Эми.

Она улыбалась, пытаясь остановить ссору, назревавшую между мной и ее матерью.

— Сейчас, — ответил я и повернулся за пальто.

— Эдди, — позвала Кристин. Я обернулся. Она подошла следом, чтобы Эми нас не слышала.

— Прости. Знаю, у тебя голова занята другим. Я вижу, когда ты ведешь крупное дело. Повседневные мелочи вытесняются из твоей большой головы, особенно когда от суда зависит чья-то жизнь. Прости. Не надо было мне этого говорить.

— Все нормально. Не переживай. И за нее тоже: она отлично проведет время.

— Вот это меня и беспокоит. Напомни ей, что она обещала не пить шампанское. И вообще никакого алкоголя.

— Напомню.

Кристин отвернулась, поцеловала Эми на прощание и ушла.

Гарри вышел из кабинета вместе с Кларенсом. Пес бросился к Эми. Она присела, прижалась к нему лицом и рассмеялась, когда он перевернулся на спину, подставив живот под ласку.

— Встретимся позже в отеле Ванессы. Мне нужно отвезти Эми на вечеринку к подруге.

— Можем отложить разговор до завтра, — предложил Гарри.

— Не могу. Надо понять, куда, черт возьми, движется дело и почему наша клиентка солгала всем, в том числе нам.

Глава 21

Блок

Дорога из Манхэттена в Ист-Хамптон занимает разное время в зависимости от сезона и часа.

Зима подходила к концу, весна уже напоминала о себе, машин на шоссе было немного. Сто десять миль они проехали за два с половиной часа. Летом на тот же путь уходит от четырех до семи. Ист-Хамптон — курортный городок для манхэттенской элиты. Пляжи и облик старого города манят миллионеров провести лето на Лонг-Айленде. Дом с бассейном дешевле восьми миллионов здесь не купишь, а семейные магазинчики на Мейн-стрит почти вытеснили «Прада», «Гуччи» и «Ральф Лорен». Здесь проводили лето Клинтоны, Роберт Дауни-младший живет в переделанной ветряной мельнице. Самое желанное дополнение к здешней недвижимости теперь не теннисный корт и не бассейн с подогревом, а вертолетная площадка: сверхбогатые не желают семь часов стоять в пятничной пробке.

Блок свернула с Монтокского шоссе, названного в честь одного из коренных народов, которых силой, подкупом или обманом лишили земли. Еще один крутой поворот налево — и они оказались на стоянке управления полиции Ист-Хамптона за местным аэропортом.

Блок припарковала джип и заглушила двигатель. Ни одной полицейской машине на стоянке не было больше двух лет; все оснащены новейшей техникой. За участком стоял полицейский вертолет. Для полиции маленького городка они были обеспечены лучше большинства городских коллег.

— Похоже скорее на загородный клуб, чем на участок, — заметил Лейк.

Блок кивнула.

Они вышли и вошли в здание. Ему было уже несколько лет, но для Блок любое место, пахнущее свежей краской, казалось новым. Дежурный сержант выглядел так, будто прошел ту же косметическую процедуру, что и здание. Особая работа — охранять богатых. Конечно, полиция следила не столько за порядком среди миллионеров и миллиардеров, сколько за тем, чтобы чужаки не грабили их дома, а прислуга, живущая к западу и югу от поселка в домах куда скромнее, исправно стригла газоны, варила кофе, водила такси и стирала белье.

Рождественских чаевых одного этого участка хватило бы на месяц работы участка в Бронксе.

— Блок к капитану Лэндри, — сказала она.

Дежурный поднял глаза от зеркальца на столе — он как раз любовался загаром — и взял телефон.

— Каким увлажняющим кремом пользуетесь? — спросил Лейк.

Блок закатила глаза.

— Смотря утром или вечером, — ответил сержант. — На каждый день в основном «Лореаль». Вечером предпочитаю средство с алоэ.

Лейк кивнул.

— Спасибо.

Они сели ждать капитана.

— Алоэ? — спросила Блок.

— Полезная штука. Тебе тоже стоит попробовать.

— Порой я тебя не понимаю.

— Что плохого в увлажняющем креме?

— А что плохого в том, чтобы купить еды и положить ее в холодильник? Погладить рубашку? Бриться чаще раза в неделю?

— У меня просто правильно расставлены приоритеты.

— Мисс Блок? — раздался голос.

Перед ними стоял мужчина средних лет в форме: черные брюки, белая рубашка с нашивками и черно-золотые погоны по званию. Густые седеющие усы, возможно, тоже полагались по званию. В нагрудном кармане рубашки ровным рядом сидели три серебристые ручки, зацепленные колпачками за край ткани. Рубашка была чистой и старательно выглаженной.

— Капитан Лэндри, — сказала она, поднимаясь для рукопожатия. — Просто Блок.

— Рад знакомству, Просто Блок. А этот джентльмен?

— Он неважен, — ответила Блок.

— У вас есть удостоверение? — спросил Лэндри.

Она протянула лицензию частного детектива. Лэндри взглянул на нее, положил на стол дежурного и попросил сделать копию.

— Для нашей отчетности, понимаете. А у мистера Неважного?

— Он со мной.

— У него есть лицензия?

— Может, поговорим в вашем кабинете? — предложила Блок.

Лэндри упер толстые пальцы в бока. Промолчал. И с места не двинулся. Дорогу он перегородил основательно. Обойти не получится.

— Обычно я предпочитаю не называть имя, — сказал Лейк. — Лицензии частного детектива у меня нет. Как сыщик я не застрахован и не состою под надзором. Налоги плачу, вежлив, законы большей частью соблюдаю. За меня беспокоиться не надо. Я просто помогаю Блок.

— Хотите говорить о Терезе Чейз — назовите имя и предъявите документ.

— Может, подойдет старая карточка видеопроката «Блокбастер»? — спросил Лейк.

— Достаточно имени.

— Габриэл Лейк.

— Так это вы.

Лейк посмотрел на него. Лэндри ответил тем же.

— Я думал, вы крупнее, — сказал капитан.

— Часто такое слышу.

— Значит, лицензии сыщика в штате у вас нет?

— Я консультирую.

Лэндри смотрел на него, водя языком по внутренней стороне щеки. В голове у него, похоже, вертелись разные мысли.

Наконец он сказал:

— Ладно, проходите оба в кабинет. Профессиональное сотрудничество — основа хорошей полицейской работы. Кстати, кто ваш клиент?

— Не можем раскрыть, — ответила Блок.

— Понимаю. Идемте. Кофе хотите?

Блок кивнула. Лейк покачал головой.

— Принесите нам пару свежих чашек. И удостоверение, — сказал Лэндри дежурному.

В кабинете капитана экранов и техники было больше, чем Блок привыкла видеть. На столе стояли два монитора, на стене висел еще один широкий экран, в углу работал телевизор с местными новостями; звук убавили почти до нуля.

Лэндри заметил, как Блок осматривает кабинет.

— Полезно идти в ногу со временем. Отсюда я могу в любую минуту следить за каждым сотрудником на дежурстве. Садитесь. — Он указал на два кожаных кресла перед столом.

На столе лежала тонкая папка в синей обложке. Старая, края загнулись. Лэндри сел и раскрыл ее. Блок наклонилась вперед.

В папке было страниц десять-двенадцать. Не больше.

Удручающе мало для дела о пропавшей женщине.

Вошел дежурный, раздал кофе, достал удостоверение из заднего кармана и вернул Блок. Она отпила. Кофе был горячим, но несвежим. На вкус — как из старой кофеварки, работающей по двенадцать часов в день и придающей каждой порции одинаковый привкус перестоявшего кофе.

— В основном этим занималась береговая охрана, — сказал Лэндри. Он заметил, как Блок оценивает толщину папки. — Тереза Чейз плавала у восточного берега. Только что была на виду — и вдруг исчезла. Отбойное течение. Нас, как положено, вызвали, мы записали основные сведения и передали дело береговой охране. Трагический несчастный случай. Больше почти нечего рассказать.

— Она утонула? — спросил Лейк.

— По всей видимости. Тело так и не нашли.

— Расскажите о ней, — попросила Блок.

— Двадцать восемь лет. Близких родственников нет. Несколько лет назад оба родителя погибли в автокатастрофе. Где-то была сводная сестра, но мы ее не нашли, и сама она не объявилась. Тереза окончила университет по специальности «английская литература», немного работала в местной газете: писала рецензии на фильмы, обзоры ресторанов и тому подобное. По общему мнению, хорошая девушка. Очень жаль.