Оружейникъ. 1794 (СИ) - Белов Иннокентий - Страница 9

Я отправился к шкафам с отцовскими запасами. Внутри лежали оружейные винты, неисправные замки и стальные заготовки от прежних заказов. Оружейная сталь имелась так что мне удалось подобрать и заготовку для нового курка. За брандтрубку по моему чертежу взялся Архип, а я вернулся к замку.

К трём часам пистолет был собран. Я взял его, проверил, как он лежит в руке, и повернул к свету. Дорогая вещь своего времени, с хорошим стволом и ложей, издали едва ли кто-нибудь заметил бы перемену. Вблизи отсутствие кремня, огнива и полки бросалось в глаза. Я уже настолько привык к новому замку, что представлял его на месте прежнего без всякого усилия. Тем неприятнее оказалось увидеть, как на него смотрят люди, которым я ещё ничего не объяснил.

Фёдор привёз Беляева и второго секунданта Арсеньева вскоре после трёх, как раз в тот момент, когда я собирался испытать всю систему. Оба подошли к верстаку, ожидая дуэльную пару, и обнаружили там только один пистолет. К тому же из разговора выяснилось, что дуэль назначена на завтра. Я посмотрел на брата. Этой подробностью он мог бы поделиться и раньше, желательно до того, как привёз гостей. Теперь оставалось слушать вопросы, на которые готовых ответов у меня было меньше, чем хотелось.

— А второй где? — спросил Беляев.

Беляев повернулся к Фёдору, предоставив ему возможность объясниться. Второй секундант тем временем взял пистолет и осмотрел замок. Хмурился он всё сильнее. Я догадался, чего ему не хватает, но он успел высказаться первым.

— Но… Он ведь не готов даже наполовину⁈

Беляев забрал у него оружие, ещё раз повертел и положил на стол.

— Фёдор, признаться, я ожидал другого. Арсеньев завтра выходит на дуэль, а вы пригласили нас смотреть на игрушку. Дуэльная пара должна состоять из двух пистолетов, причём одинаковых. Вы же понимаете, что оружие предстоит согласовать с другой стороной?

— Господа этот пистолет готов! Поэтому предлагаю не тратить время на разговоры и приступить к делу — решил вмешаться я сам.

Беляев помолчал и положил перчатки обратно. По крайней мере, уходить пока не собирался.

— К делу? — скептически переспросил он.

— Именно, — сказал я и прошёл вперед между ними.

За главным корпусом сохранилась площадка, где прежде испытывали оружие, а именно земляной вал, мишени, старые стойки. Я закрепил пистолет и ещё раз проверил, хорошо ли он держится. Уверенность, с которой я пригласил гостей, понемногу проходила. По отдельности всё работало, только в сборе оружие не стреляло ещё ни разу, но отступать ведь было уже нельзя.

Первый капсюль не встал на место. Я убрал его и достал другой. Пальцы слегка дрожали. До приезда Беляева я мог сколько угодно возиться с маленькой чашечкой, теперь же каждое лишнее движение казалось признанием, что они зря сюда приехали. Я установил капсюль и заставил себя ещё раз осмотреть оружие, хотя больше всего хотелось немедленно выстрелить.

— Господа, прошу отойти.

Я отвёл бечёвку на безопасное расстояние и попросил всех встать позади линии стрельбы. Беляев посмотрел на стойку, потом на бечёвку в моей руке. Кажется, мои приготовления его не ободрили.

— А вы сами стрелять не собираетесь?

— Собираюсь.

Выстрел прозвучал сразу, стоило потянуть бечёвку. Я невольно улыбнулся и поспешил к стойке. Ствол и замок были целы, никаких повреждений. Хотелось обернуться к гостям, но прежде я подготовил пистолет заново. Второй выстрел прошёл так же чисто. Только после него я позволил себе посмотреть на Беляева. Он теперь разглядывал оружие с совсем другим выражением.

Он подошёл, наклонился к замку и подозвал товарища. Оба осматривали те места, где по привычке ожидали увидеть полку и огниво. После первых двух выстрелов их отсутствие уже перестало означать, что пистолет не закончен, и я с удовольствием наблюдал, как секунданты пытаются с этим разобраться.

— Посмотрите. Здесь действительно нет ни полки, ни огнива.

— А как тогда воспламеняется порох? — спросил второй секундант.

— За счёт состава, который срабатывает при ударе, — объяснил я, показывая маленькую медную чашечку. — Вместо кремня теперь используется вот такая штука.

Они передали чашечку друг другу. Я дал им время рассмотреть её, потом снял пистолет со стойки. Проверять его с руки теперь было гораздо спокойнее. Всё же, поднимая оружие перед мишенью, я внимательно прислушивался к собственным ощущениям, хотелось заметить ту перемену, ради которой столько провозился с замком.

Я нажал на спуск. Отдача толкнула ладонь, ещё мгновение я держал оружие перед собой, довольный тем, как быстро оно отозвалось.

За спиной Беляев оживлённо заговорил с товарищем. Когда я обернулся, тот слушал его, поглядывая на пистолет, а затем шагнул ко мне.

— Роман Андреевич, а позвольте и мне попробовать. Хочу сам понять все новое.

Показал ему, как обращаться с новым замком, потом предложил повторить движения без заряда. Несколько раз его рука потянулась к привычной полке, но разобрался он быстро. Стрелять явно умел. Подготовив пистолет, я передал его секунданту и отступил, уже почти не ожидая неприятностей.

Курок щёлкнул, а выстрела не было.

Секундант повернулся ко мне. Я сразу заметил, как изменилось лицо Беляева, это разозлило меня сильнее самой осечки. Три удачных выстрела, и я уже решил, что могу любоваться чужим удивлением. Теперь предстояло забрать оружие и выяснять при всех, что именно я проглядел. Хорошо ещё, что не успел наговорить им лишнего.

На снятом капсюле виднелся след курка, почти у края. Чашечка сидела выше, чем следовало, поэтому была слегка перекошена. Я повернул её в пальцах, вспоминая ночной отбор. Тогда я уже выбросил несколько таких деталей и решил, что остальные подходят. Эту тоже изготовил и проверил сам.

Я положил её рядом с запасными капсюлями. Разница была небольшой, но после осечки признать её допустимой уже не получалось. Меня раздражало, что я столько времени потратил на замок и всё-таки передал гостю оружие с негодной чашечкой.

Следующий выстрел прошёл нормально, за ним ещё один. Мы продолжили, осматривая теперь каждую чашечку перед установкой. Второй секундант постепенно увлёкся и стоял рядом, следя за моими руками. После десятого выстрела я потянулся за очередным капсюлем, но он остановил меня.

— Роман Андреевич, погодите. Этот ведь отличается от остальных?

Я повернул чашечку к свету. Край действительно получился неровным. Секундант разглядел его раньше меня, я был ему за это благодарен, хотя при других обстоятельствах, наверное, предпочёл бы справиться сам.

— Глаз у вас хороший. Эту отложим.

До конца испытаний осечек больше не случилось. Беляев перестал искать в замке недостающий кремень. Теперь ему хотелось знать, как быстро происходит выстрел после нажатия на спуск, он несколько раз просил показать механизм и наконец снова взял пистолет, чтобы осмотреть его сам. Я едва успевал отвечать. Его интерес был приятен, хотя всё, что я мог сейчас сказать о возможностях оружия, он только что видел собственными глазами.

— Признаюсь, Роман Андреевич, ничего подобного я не ожидал. Когда Фёдор пригласил нас посмотреть новую пару, я рассчитывал увидеть хорошую работу. Но это… Скажите, насколько быстрее теперь можно стрелять? Вдвое? Втрое?

— Нет, до таких цифр далеко.

— А с осечкой вы точно разберётесь?

— Разберусь. Я уже вижу, что нужно исправить.

— Допустим. Но остаётся ещё один вопрос. Вы ведь понимаете, что стрелять из вашей пары будут оба противника? И секундантам другой стороны придётся объяснять устройство нового замка.