Целитель на прицеле (СИ) - Зайцев Виктор Борисович - Страница 5

Бандиты пришли в себя, услышав знакомую команду, и рванули в мою сторону. Походили на дворовую футбольную команду, где все бегут в сторону мяча, не прикрывая никого из соперников и никого не оставляя в защите. Гопники дружно бежали, забыв про Оленина, смотревшего на этот зоопарк с открытым ртом.

Пользуясь своим физическим и скоростным преимуществом, я в три секунды раскидал напавших парней, расшвыривая их на края поляны. Однако при этом я не сдерживал свою силу, поэтому они влетели спинами и боками в густые заросли. Уверен, что пару-тройку рёбер сломали все, возможно, и ноги с руками. На поляне остался один главарь, у которого я успел вырвать пистолет ТТ. На всякий случай пнул уголовника по левой голени, похоже, сломал её. Мужчина упал. Только после этого осмотрел свой трофей и подошёл к Оленину, так и оставшемуся сидеть у костра.

— Смотри, что они для нас припасли, как думаешь, оставили бы нас живыми? — При этом я вынул из рукоятки пистолета магазин, снял предохранитель и передёрнул затвор, выщелкнув патрон из патронника на землю. Изумлённый мужчина смотрел на мои действия и молчал. Пришлось его вывести из ступора и заставить включить мозги.

— Как думаешь, цепи они зачем взяли? Только напугать нас или бить собирались? — Я поднял с травы одну из брошенных цепей и пригляделся. Заметил бурые пятна на стали и показал Александру Васильевичу. — Полагаешь, эти бурые пятна от краски или крови?

Мы незаметно перешли на «ты», но мой водитель этого не заметил, словно не было разницы в возрасте более двадцати лет. Он машинально взял цепь и пригляделся к пятнам. Возможно, это была не кровь, но Оленин поверил в моё предположение. Как тут не поверишь, при виде заряженного пистолета, готового к стрельбе? К этому времени зашевелились раскиданные по кустам бандиты.

— Постерегите этого уголовника, пока свяжу остальных.

И я отправился к своим жертвам, вытаскивал их на траву и связывал руки за спиной. Не забывал обыскать, вдруг ещё у кого огнестрельное оружие найдётся? О ножах не сказал, с пятерых набралось восемь ножей, а я ещё в сапогах не проверял. Просто снял всю обувь и закинул в заросли. Все гопники носили ремни, которыми я их и связал, чтобы оттащить с поляны метров на двадцать в сторону. Кляпы вставлять побоялся, вдруг задохнутся, но штаны спустить с трусами, обнажив зад у всех, не забыл. И сразу предупредил:

— Будете орать, вернусь и прибью до смерти. Ваша жизнь в ваших ртах.

— Ну, что, послушаем нашего убийцу? Или вы думаете, что нас бы отпустили, ограбив догола? А как бы мы выбирались отсюда без денег и документов, да в одних трусах? Не факт, что нам бы трусы эти бандиты оставили. — Я смотрел на Оленина, лицо которого менялось в считанные секунды после моих слов. Он умный человек, понимал, что грабители живут в том самом Малмыже, куда бы мы пришли, если нас оставить в живых. Подобные мысли в состоянии освоить даже эти дебилы. Не дожидаясь его реакции, я приступил к допросу главаря, тот уже очнулся и лежал, прижав уши, в испуге. Развязывать языки преступникам можно и без всяких побоев. Как там говорят психологи? Люди часто опасаются именно того, о чём втайне мечтают.

К моим навыкам оперативника добавились знания медика с неоконченным высшим образованием, да полученные физические и ментальные возможности нашего общего с умершим Серёгой тела. Поэтому вскоре Игорь, тот самый главарь бандитов, развязал свой язык и разговорился. Как я сказал Оленину, нас не собирались выпускать живыми, тем более, что эта банда имела своём счету двух убитых водителей. Более того, убийц поддерживали милиционеры местного РОВД, с которыми бандиты вынужденно делились.

— Куда деваться? Менты нам вас и назвали, они выследили, когда машина съезжала в лес, — недовольно буркнул Игорь. Пришлось мне задуматься, как Чернышевскому. Кто виноват — понятно, осталось догадаться, что делать? Пока отправил Игоря выкапывать свою жертву, ту, кого он закопал буквально в кустах около поляны. Выдал ему сапёрную лопатку из своего мешка, достав из багажника. Тот пытался ныть, что нога сломана, копать-де неудобно.

— Сломаю вторую ногу, ещё неудобнее станет. Медленно копать станешь, самого прикопаю, понял? — Игорь уныло кивнул и похромал в кустики, с лопатой в развязанных руках. Я повернулся к Оленину, остолбеневшему в шоке, с глазами, как у лемура.

— Понятно, что придётся отсюда уезжать? Увы, но спать нам не дадут.

— Я уже понял, — кивнул мой напарник и принялся собирать вещи. Я помог ему всё уложить в машину, а когда вернулись тушить костёр, густо потянуло трупным запахом. Игорь раскопал труп.

— Пока выезжайте на обочину, я закончу разбираться. — Я мотнул головой в сторону бандитов. Оленин поспешил сесть за руль и быстро захлопнуть дверцу машины, избегая волны вони. Я подошёл к отдыхающему Игорю, снял с него курточку и, надев её на себя, направился к пятёрке его бандитов. Там из трофейного ТТ выстрелил каждому в ногу, стараясь попасть в колено. Предпоследним патроном попал в руку Игоря, в локоть. Затем его курточку натащил на труп, которому сунул в руку ТТ. Всё нормально, любая экспертиза подтвердит, что именно труп произвёл все выстрелы из пистолета. Перед уходом шепнул Игорю, еле сдерживающему крик.

— Нас вы не видели, стрелял именно труп. Узнаю, что нас кто-то ищет, вернусь и всех убью. Понял? — Мужчина активно закивал головой.

— Тогда прощевай, скучно станет, приезжай к нам на Колыму.

Ответного пароля я не дождался, бандит начал выть, не в силах терпеть боль от простреленного локтя и сломанной ноги.

До следующего отворота в лес Оленин ехал километров сорок, если не больше, пока его не отпустило. Только тогда он снизал скорость и осторожно спросил меня:

— Вы их убили?

— Нет, не стал брать грех на душу, прострелил колени, а пистолет вложил в руку трупа. В следующий раз грабить придётся на костылях. Сильно сомневаюсь, что в районной больнице им колени хорошо вылечат. Да и рискнут ли бандиты обращаться в больницу? Пусть их крышевала милиция, но сразу шесть огнестрельных ранений вряд ли будут скрывать. Сводку отправят наверх, а как там отнесутся к подобному, не знаю. Пока в стране довольно тихо. Только в Казани молодёжь бандитствует, так что поезда столицу Татарии кругом объезжают. Вы слышали об этом? — Я спокойно взглянул на своего водителя.

— Нет, первый раз слышу. Точно объезжают? — ответил Александр Васильевич охрипшим голосом. Я точно об этом знал из первой жизни, даже телепередачи смотрел о бандитских группировках Казани. Да и слухи в моё время ходили среди жителей, примерно в конце восьмидесятых.

— Да, информация верная. — Утвердительно кивнул головой. Потом добавил: — Нам всё равно придётся где-то ночевать, скоро стемнеет, надо выбрать съезд в лес. Только костёр разводить не станем, да проедем подальше, насколько можно.

Так мы и поступили, едва успели съехать в лес, да уничтожить все следы, как стало темнеть. Мы с трудом проехали около пятисот метров, чтобы в темпе поставить палатку и, как ни странно, моментально уснули. Ну, я ладно, ко всему привык, особенно за последнее время, а Оленин? Открою тайну — я его усыпил своими методами, чтобы выспался, а не ворочался всю ночь. Опасно водителю дремать за рулём. Утром я привычно проснулся около пяти утра и быстро разведал обстановку в обе стороны просёлка, где мы остановились. Всё было тихо, от тракта в нашу сторону никто не заезжал, со стороны леса даже трава выросла, так долго никто не ездил.

Так что спокойно вскипятил воду в котелке, налил себе растворимый кофе и порезал бутерброды. Не с дефицитной колбасой, конечно, с торговками дружбу не водил, открыл банку тушёной говядины, чтоб на хлеб намазывать. Хлеб вчера купили в Перми, не успел зачёрстветь. А канистру с водой мы взяли из дома, не первый раз путешествуем оба. От запаха кофе проснулся Александр Васильевич, так что наскоро позавтракали и выехали на тракт.

— Не волнуйтесь, развод у гаишников в девять часов, раньше десяти из Малмыжа никто не выедет. А другие райотделы возможную ориентировку, дай бог, к обеду получат. Мы уже в Кирове будем обедать. Так что не гоните, едем спокойно, нам всего километров триста с небольшим осталось. — После моих слов Оленин успокоился и часа два ехал спокойно, потом не выдержал и принялся выспрашивать.