Истинная с доставкой на дом. Цветочница для дракона (СИ) - Найт Камелия - Страница 9

— Подождите. Верните строку назад.

Даниил наклонился к монитору. Я открыла фотографию белых роз из магазина на Литейном и ткнула пальцем в описание.

— У них уже есть собственный состав. Вот подпись флориста. Ещё одну обработку никто не просил.

— Отмечаю.

Его рука скользнула мимо моей к клавиатуре. Мы сидели слишком близко. Я различала терпкий древесный запах его кожи лучше, чем розы на фотографии, и уже третий раз за час отодвигала стул. На четвёртый раз Даниил это заметил. Ничего не спросил, только сам чуть отстранился. Мне стало досадно. На него, на себя, на вербену — особенно на то, что его запах всё равно нравился.

— Вам плохо? — спросил он.

— Нет. Просто устала.

— Я вызову машину.

— Я не закончила.

Он посмотрел на меня долгим взглядом, но спорить не стал. Поставил рядом стакан воды и вернулся к экрану.

Полина ушла оформлять запросы, а мы продолжили вдвоём. Сотрудники приносили новые выгрузки. Постепенно перед нами складывалась цепочка: заказы разных магазинов, разные получатели, одна и та же поздняя отметка, один сортировочный центр и платежи от неизвестного посредника.

— Здесь стоит плательщик «Гармония сервиса», — сказала я. — Это та фирма?

— Да. По документам занимается консультациями и организацией мероприятий. Владельца сейчас проверяют.

Я открыла список заказов, оплаченных через неё. Большинство получателей ничего мне не говорили. Несколько строк относились к Софии. Один букет получила Ксения Руднева.

Пальцы замерли над клавиатурой.

— Что случилось? — Даниил наклонился к экрану.

— Это она.

— Кто?

— Ксения. Истинная моего бывшего мужа.

Я почувствовала, как пол под ногами словно качнулся. Здесь не могло быть совпадения. Та же фирма, та же поздняя обработка, те же белые цветы.

Даниил молча передвинулся ближе. Не коснулся меня, только оказался рядом, готовый поддержать, если я всё-таки упаду.

Я пролистала список вверх.

За пять дней до первого заказа Ксении «Созвучие» отправило дорогой белый букет другому получателю.

Кириллу Неверову.

Я закрыла экран.

Имя Кирилла исчезло, но легче не стало. В груди будто открылось пустое место, и туда хлынул весь холод майского вечера.

— Арина, — тихо произнёс Даниил.

— Не надо.

Я встала слишком резко. Стул ударился о стену, перед глазами поплыли тёмные круги. Даниил поднялся следом, однако не коснулся меня.

— Я позову Громову.

— Позовите. Это улика.

Слова давались с трудом. Шесть месяцев я училась жить с мыслью, что Кирилл просто встретил женщину, которую захотел сильнее, чем меня. Теперь оказывалось, что перед знакомством ему прислали цветы из той же цепочки.

Дурацкая, болезненная надежда вспыхнула мгновенно: если дело было в составе, значит, одиннадцать лет всё-таки имели значение. Значит, Кирилл не смог бы так легко от них отказаться сам.

Я возненавидела эту надежду ещё до того, как успела поверить.

Он пошёл куда-то до первого букета. Позволил «Созвучию» искать ему другую женщину, пока был женат. Вербена не могла принять это решение за него.

Полина вернулась через десять минут, сохранила данные заказа и запретила нам связываться с агентством. Кирилла она собиралась вызвать сама.

— Но поговорить с бывшим мужем о собственном браке вы мне не запретите, — сказала я.

— Не запрещу. Только не подсказывайте ответы и не сообщайте ему всё, что мы нашли. Спросите, откуда взялся букет и как он попал в «Созвучие». Разговор лучше записать с его согласия.

Я позвонила Кириллу прямо из пустой переговорной.

Он ответил почти сразу.

— Арина? Что-то случилось?

От знакомого голоса перехватило горло. Раньше я слышала его каждый день. Теперь за месяцы после развода мы обменялись только несколькими сухими сообщениями о документах.

— Мне нужно с тобой поговорить. О «Созвучии».

На другом конце повисла тишина.

— Откуда ты знаешь?

Этого вопроса хватило вместо признания.

— Приезжай завтра утром в «Белую сирень».

— Я могу сейчас.

— Нет. Завтра в девять.

Я отключилась, прежде чем он успел возразить.

Даниил ждал в коридоре. Посмотрел на моё лицо, молча накинул мне на плечи пальто, которое я забыла на спинке стула, и проводил до машины.

— Я поеду домой сама.

— Хорошо.

Он не стал настаивать. Только открыл дверь автомобиля и спросил:

— Мне быть утром рядом?

Первым желанием было согласиться. С Даниилом за спиной встреча с Кириллом казалась бы легче. Но я должна была услышать бывшего мужа без свидетеля, перед которым захочется держаться сильнее, чем я могу.

— Нет. Это мой разговор.

— Если понадоблюсь, позвоните.

На следующее утро Кирилл пришёл без опоздания.

Я ещё не открыла лавку. За витриной начинался солнечный день, на рабочем столе лежали свежие ветки сирени, и их чистый горьковатый запах помогал дышать.

Кирилл остановился у входа, оглядел молочные стены, старый буфет, мои цветы. Он никогда прежде здесь не был.

— Красиво получилось, — сказал он.

— Садись.

Я поставила телефон между нами и включила запись.

— Полина Громова, следователь, попросила сохранить разговор. Ты согласен?

Он напрягся.

— Следователь? Арина, что происходит?

— Согласен?

— Да.

Я села напротив.

— Зачем ты пошёл в брачное агентство, когда мы были женаты?

Кирилл побледнел. Его взгляд метнулся к окну, потом вернулся ко мне.

— Кто тебе рассказал?

— Ты сейчас.

Он закрыл лицо ладонями и долго сидел так, тяжело дыша. Я не торопила. Не собиралась облегчать ему признание удобными вопросами.

— Это должна была быть обычная проверка, — наконец произнёс он. — Никаких знакомств за твоей спиной. Они говорили о совместимости, особенностях драконов, о том, почему кто-то встречает истинную сразу, а кто-то годами не замечает.

— Кто предложил?

— Мама.

Я стиснула пальцы под столом.

Маргарита Неверова нормально относилась ко мне. Поздравляла с праздниками, дарила вещи для дома, хвалила мои цветочные композиции. И при этом годами обсуждала с сыном возможность найти ему более подходящую женщину.

— Давно?

— Она говорила об истинности всегда. Ты знаешь, как к этому относятся драконы.

— Я спрашиваю, давно ли твоя мать предлагала проверить, не ошибся ли ты женой.

Кирилл дёрнулся.

— Она не формулировала так.

— А как?

— Что наш брак хороший. Что ты замечательная женщина. Но я никогда не чувствовал рядом с тобой того, что описывают истинные. Последние годы у нас всё стало…

Он запнулся.

— Говори.

— Предсказуемым. Работа, ужин, сон. Мы месяцами откладывали отпуск. Почти никуда не ходили. Я иногда думал: неужели так будет всегда?

Боль пришла горячая, до тошноты знакомая.

— И вместо разговора со мной ты пошёл искать великую любовь.

— Я не искал любовницу. Мне обещали только консультацию.

— Почему тогда скрыл?

Кирилл открыл рот и снова замолчал.

Я смотрела на него и ждала. Здесь не было вербены. Букет пришёл позже. Этот ответ принадлежал только ему.

— Потому что ты бы не поняла, — выговорил он.

— Нет. Ты знал, что мне будет больно.

Он отвёл глаза.

— Знал.

Первый сознательный выбор. Не пять дней спустя, не в постели Ксении. В тот момент, когда он решил: жена не должна знать о проверке, способной подобрать ему другую женщину.

— Что произошло дальше?

— Я заполнил анкету, встретился с консультантом. Потом мне прислали белый букет и записку: приглашение на закрытый вечер. Там была Ксения. Мы разговорились. Рядом с ней всё оказалось таким… лёгким.

Кирилл потёр ладонью грудь, будто одно воспоминание до сих пор отдавалось физически.

— Её запах заполнял всё. Я слышал её голос через весь зал. Когда уходил, уже думал только о следующей встрече. «Созвучие» сказало, что так проявляется истинность. На следующий день Ксении прислали цветы от моего имени. Потом ещё.