Городские лисы. 2. капкан - Орлова Марина - Страница 16

— Раз такое дело — две чашки за счёт Лешего! — залихватски воскликнула Лета.

Но тут же запнулась, подумала: вдруг Джанки сочтёт неуважением такое панибратское упоминание своего главы. Однако парень вполне спокойно направился к столу с чайником.

— С сахаром, без?

— А ты что это, — медленно сказала Лета, понизив голос до флиртующего контральто с придыханием, — приготовишь мне чай?

— Ну я тут это, — в тон ей, так же проникновенно ответил Джанки, — как официальное лицо шоблы обеспечиваю те благодарность.

— Мм? — промурлыкала Лета и демонстративно скользнула взглядом вниз по его телу. — Только «лицо»? Ну ладно. А что ещё — кроме чая — входит в прейскурант?

— Ещё кофе, — протянул Джанки. Он, не моргая, смотрел ей в глаза с лёгкой усмешкой, словно ожидая, до каких пределов флирта она готова дойти.

Конечно, у парней все эти намёки и пошлые шутки в крови, на этом поле с ними не потягаешься, однако сейчас Лете совершенно не хотелось отступать. Что ж, проверим, как далеко этот разговор зайдёт.

Она красиво — как в кино — откинулась на руку, положила ногу на ногу, благо, теперь в легинсах это было возможно, а затем страстно выдохнула:

— А что-нибудь ещё?

Джанки продолжил, медленно смакуя слова:

— А ещё, лично для тебя, — он тоже показательно прошёлся взглядом по её позе, — могу размешать сахар в чае.

О-хо-хо, вот это шанс для тупейшей шутки! Главное — не запороть! Куснув губу, Лета поинтересовалась тем же томно-соблазняющим тоном:

— Ложкой или чем другим? — и стрельнула глазами из-под прикрытых ресниц в район его ширинки.

И Джанки сдался — отвёл взгляд и заржал, как конь! Хех, она сделала это!

— Бли-ин! — парень хлопнул ладонью по пластиковому столу, от чего чайник громыхнул. — Ты… Это было хорошо. — Покивав, он перевёл дыхание. Снова обратился к ней, уже обычно: — Так всё-тки, сахар?

— Две ложки, — Лета, довольная собой, тоже улыбалась до ушей. — И ложку. Так и быть, сама помешаю.

— То есть три ложки? — Взяв из подставки со столовыми приборами три чайных ложки, Джанки растопырил их веером.

— Одну ложку, — девушка посмотрела укоризненно. — И два сахара. Пожалуйста. Спасибо.

Напившись горячего чая и согревшись в одежде, Лета уже спокойно вытянулась на скамейке. Обняла подушку. Посмотрела на Джанки, улёгшегося грудью на стол.

— Спокойного дня.

— Хороших снов.

8. Переправа

Поспала Лета на удивление хорошо, и даже отдохнула. После сна ещё раз поели, подогретый в микроволновке сандвич оказался мягким и божественно вкусным. Затем девушка снова повалялась на скамейке с закрытыми глазами: хоть и все бока уже отлежала, но дрёма всё же помогала скоротать время.

Жизнь наладилась. Оставалась лишь единственная проблема: чем дольше Лета лежала, тем больше чувствовала, что хочет в туалет. Прерывать дрёму не хотелось, да и идти куда-то в тёмные коридоры подземных коммуникаций — тоже. Джанки ведь сказал, что здесь живут люди. Вдруг она не разберётся и написает посреди чьей-то «гостиной»?! Будет неловко.

Наконец-то Джанки снова сходил на улицу — разведал обстановку, — и они начали собираться. Лета как ни в чём не бывало взяла в руки сильно похудевший белый пакет с перекусом и одеждой, а сама осталась в худи. Нет, если бы Джанки потребовал его назад, она бы отдала. А раз он молчал, то и она молчала — делая вид, что забыла. И пусть теперь на ней была майка и легинсы, но всё же частично ткань касалась голой кожи — и это было приятно. Мысль о том, что на ней егоодежда, будоражила, сладко покусывая нервы электрическими искорками.

Наверх они не пошли. Снова двинулись подземными коридорами. Лета всё не решалась сказать, что хочет в туалет, хотя мочевой пузырь давил ощутимо.

Но наконец-то они поднялись на поверхность — и вокруг оказался тихий ночной пейзаж. Ветер был упругий и прохладный, с моря, однако сильно пах Затопом. Небо было очень тёмное, затянутое плотными облаками, и вокруг не было видно ни зги. Отлично!

Лета обрадовалась вдвойне, когда Джанки включил фонарик, настроил самый слабый уровень света, и стало видно, что вокруг них возвышаются нагромождения автомобилей. Некоторые горы уже расползлись из-за неустойчивой влажной почвы, другие держались, но машины везде были облупленные и деформированные. Вряд ли здесь бывают люди, такая рухлядь никому не нужна. Самое подходящее место.

Лета забрала у Джанки фонарик и, приплясывая на ходу, поспешила за ближайшую гору из машин. С той стороны оказалось открытое пространство, неразличимое в темноте, но, честно говоря, Лете было уже всё равно, что оттуда её могут увидеть. Пофиг! Или она сейчас лопнет! Так что девушка выключила фонарик, стянула легинсы вместе с кружевными панталончиками и присела, удачно прикрыв бёдра длинным худи.

Уф-ф, какое же облегчение... Когда напряжение мочевого пузыря слегка отпустило и Лета стала соображать яснее, в голове мелькнула мысль, что вообще-то прямо над ней возвышается гора автомобилей — а что, если от её шагов вся эта неустойчивая конструкция «поплыла» и вот-вот обрушится на голову? Какая бесславная смерть — быть похороненной под ржавыми остовами машин в спущенных розовых панталонах.

Однако зов природы ещё не отпустил её в полной мере — ну и накопилось же! — а скрежета металла слышно не было, так что оставалось лишь успокоить панику и завершить начатое.

В этот момент окружающее вспыхнуло призрачным, безбрежным светом — как будто молния сверкнула на полнеба. На мгновение Лета увидела свои колени, скелет автомобиля неподалёку, а впереди — там, где было неразличимое в темноте открытое пространство, — простирался мёртвый песчаный пляж и за ним водная гладь. Затоп блеснул белым светом, отразив вспышку неба, и погас.

Лета моргнула: картинка так и стояла перед глазами, словно выжженная на сетчатке. Девушка подождала, однако ночь вокруг была такая же тёмная. И тихая. Грома не было. Дождя тоже. Странно. Может, это и не молния была? А что?

Лета начала одеваться, на всякий случай понемногу отступая от металлической горы — но не слишком далеко, потому что увязнуть в песчаной трясине пляжа тоже не хотелось. Вообще, если бы она знала, что впереди Затоп, вела бы себя аккуратнее.

По автомобильному лабиринту Лета вернулась к Джанки, и уже на подходе увидела, что он ковыряется с какой-то массивной конструкцией, которую подкачивает насосом. Что это такое? Неужели?..

Подойдя ближе и убедившись в своих подозрениях, она аж рот открыла.

— Лодка?! Мы что, поплывём?

— Не, покатимся, — спокойно ответил Джанки. — Ща, пять сек, только колёса прикручу.

На фоне всего сегодняшнего дня Лета искренне подвисла от такого заявления и уставилась на парня, который тем временем деловито шуршал брезентом и гремел какими-то металлическими трубками. Однако колёс вроде бы видно не было. Он ведь пошутил, да?..

Тем временем по тучам вновь растеклась белая вспышка света — и исчезла в безмолвии.

Закончив с лодкой, Джанки разулся, закатал штанины, а ботинки вместе с рюкзаком забросил в лодку.

— Тебе бы тоже снять, — он указал подбородком на ноги Леты.

Очередная молния осветила лабиринт из автомобилей и Затоп в отдалении. К нему вёл топкий песчаный берег, тут и там перерезаемый лужами. Да уж, в обуви там не пройти, даже аккуратно. Вздохнув, Лета расшнуровала свои шикарные новые кроссовки, боязливо поставила голые ступни на холодную, влажную почву с редкими останками травы, с шипением втянула воздух сквозь зубы и поспешила за Джанки, который уже поволок лодку вперёд, к морю.

На берегу, помимо вязкого песка и по-летнему тёплых лужиц воды, начались ещё и камни — мелкий колючий гравий, крупная округлая галька, — так что приходилось идти, наклонив голову под углом девяносто градусов, освещая путь тусклым фонариком и вглядываясь, куда ставишь ноги. В такой позе Лету осветила очередная белая вспышка, и девушку вдруг посетила мысль: а если молния всё же ударит в землю? Ведь они с Джанки идут босиком по влажному песку, иногда и прямо по воде.