Соответствие (ЛП) - Салливан Ариэль - Страница 8

Я протянула запястье, из последних сил борясь с дрожью. Сканер пискнул, не выдав никаких предупреждений.

— Сюда, мисс Эмелин. Он ждет вас.

Сердце пустилось в неистовый пляс. Не доверяя голосу, я просто кивнула. Стоило нам приблизиться к портьерам, как они автоматически разошлись в стороны.

Перед моими глазами раскинулся великолепный тайный сад, подобного которому я никогда не видела, у меня перехватило дыхание. Повсюду буйствовали самые разные цветы: крупные белые гортензии, аметистовые глицинии, жимолость, лютики и оранжевые лилии. Они рассыпались по плитке, карабкались по стенам и свисали с потолка. Среди глициний у потолка покачивались маленькие светящиеся сферы, похожие на звезды. В самом центре зала росла прекрасная ива. Живое дерево в небесах. Это было настоящее искусство. Видела ли это элита? Они уничтожили древнее искусство, но при этом создали свое. Зачем?

Нерешительно я пошла за проводником в глубь этого скрытого рая. Я не знала, куда смотреть в первую очередь, каждый шаг открывал новые грани красоты. Будь я одна, я бы наверняка провела ладонями по лепесткам и остановилась, чтобы вдохнуть аромат каждого цветка.

Жизнь внизу, моя жизнь, в сравнении с этим казалась первобытной и бесплодной. Мое существование было безрадостным, наполненным вечным одиночеством. И мы все просто принимали это как должное.

Ло не принимала. Теперь я понимала ее вечные придирки и маниакальное стремление повысить свой социальный статус. Однако сладкий аромат цветов мгновенно стал приторным и горьким от очевидной правды: дефективным давали абсолютный минимум, в то время как элита окружала себя немыслимой роскошью. Возможно, какая-то часть меня и хотела поддаться очарованию этой красоты. Но другая часть, та, что не вписывалась в этот мир, не могла смириться с такой пропастью.

Яркие цвета и сверкающие драгоценности украшали представителей элиты, сидевших за каждым столиком, мимо которого мы проходили. Блестящая публика перешептывалась, прикрывая лица усыпанными кольцами пальцами или изысканными вышитыми веерами. Мое дыхание участилось, когда они, словно рой пчел, начали наклоняться друг к другу, провожая каждый мой шаг подведенными глазами.

В памяти всплыли правила с курса Огранки:

Правило первое.

Помните свое место. Несмотря на то, что вы находитесь в облаках, РАЗУМ признал вас дефективными. До последнего вздоха вы остаетесь дефективными.

Я смотрела строго перед собой, не в силах встретиться ни с кем взглядом, даже несмотря на линзу. Мое золотое платье выглядело резким, тревожным контрастом в этом радужном море разноцветных цветов и нарядов. Я была полной противоположностью этих нежных бутонов. Я словно превратилась в ослепительно сияющее солнце, вокруг которого вращались все эти цветы и люди. Никогда в жизни я не чувствовала себя настолько у всех на виду. И я не была уверена, что это к лучшему.

Служитель наконец остановился у небольшого столика под ивой, чьи ветви едва заметно колыхались. Мужчина заслонял собой того, кто ждал меня за столом. Послышался скрежет стула по полу, и мой желудок болезненно сжался. Удары сердца стали яростными, оно колотилось о грудь так, словно готово было вырваться наружу, и мне стоило огромных усилий подавить желание броситься наутек, обратно на поверхность, которая навсегда осталась далеко внизу.

— Ваша гостья, сэр. — Мужчина в сером отступил в сторону, указывая на меня, после чего растворился в толпе людей и цветов.

Мое сердце остановилось. Гул чужих разговоров, цветы и даже дерево — все отступило на задний план. Вокруг воцарилась тишина, и самый красивый мужчина из всех, что мне доводилось видеть, поднялся мне навстречу.

— Здравствуй, Эмелин. — У него был глубокий, насыщенный тембр голоса.

У меня перехватило дыхание. Произошла ошибка. Катастрофическая ошибка в системе. Раньше я думала только о репродуктивном контракте и его последствиях. Это казалось чем-то пугающим и неприятным. Но мужчина, стоявший передо мной, вовсе не был неприятным. Я как-то не задумывалась о том, как может выглядеть мой партнер. Разумеется, он будет из элиты, я это знала. Он будет привлекательным, ведь именно это они и ценили. Но увидеть его воочию… Я не предполагала такого поворота. Такого мужчину.

Представитель элиты, мой предполагаемый партнер, пристально разглядывал меня. Заметил ли он мою слабость? Смог ли он разглядеть фальшь за тем пленительным образом, который создали Скворцы? Знал ли он о скрытом дефекте? Потрясающий мужчина протянул мне руку:

— Я Коллин. Для меня честь наконец познакомиться с тобой.

Честь? Это слово гулким эхом ударило по моим нервам.

Он терпеливо стоял и ждал. Первое проявление моей неправильности. Я неуклюже попыталась изобразить реверанс и вложила ладонь в его руку. Это вышло коряво, в моем жесте не было его уверенной элегантности. Его большая ладонь перевернула мою руку, после чего он поднес ее к своим губам. Его теплые и мягкие губы коснулись тыльной стороны моей ладони. Меня пробрала невольная дрожь.

— Пожалуйста, присаживайся.

Правило второе.

Главный признак подходящей партнерши из числа обладательниц незначительных дефектов, прежде всего остального, — это послушание. Всегда помните, что находиться среди элиты — огромная честь для вас.

Коллин подошел к стулу и отодвинул его для меня. Его черный костюм был безупречно скроен, подчеркивая мускулистую фигуру. Я сделала шаг, внезапно осознав, что до сих пор не вымолвила ни слова.

— Спасибо, — поспешно пробормотала я и села, оказавшись спиной к залу.

Коллин задвинул мой стул, после чего вернулся на свое место и расстегнул пиджак, не сводя с меня оценивающего взгляда. «Безупречный» — первое слово, которое пришло на ум. Элегантная, точная красота, напоминающая древние мраморные статуи, которые я видела в архивах. Ни единого изъяна, волосы цвета воронова крыла были идеально уложены.

— Надеюсь, я тебя не разочаровал, — произнес Коллин, видя мое молчание. Все здравые мысли тут же разлетелись по залу, прячась среди цветов.

Я приоткрыла рот, и проницательный сапфировый взгляд Коллина скользнул по моим губам, после чего снова вернулся к глазам. Я подавила желание отвернуться, спрятаться. Я ожидала, что ко мне отнесутся как к сосуду, средству для продолжения человеческого рода. И тем не менее, он, мужчина из элиты, спрашивал меня, дефективную, не разочаровал ли он меня. Словно мое отношение к этому союзу имело значение, словно я сама имела значение. Тряхнув головой, я захлопнула рот.

Правило третье.

Самым желанным качеством в приличном обществе будет ваша способность присутствовать, но не быть услышанными. Вы должны быть лишь украшением, безмолвным аксессуаром своего партнера. Способность поддаваться дрессировке и приручению — залог вашего успеха.

— Нет, вовсе нет. Вы не разочаровали меня… — я запнулась, — …сэр. — Я несчастно уставилась на свои руки, нервно теребящие ткань на коленях.

— Сэр? — переспросил он с явным перевесом. — Можешь звать меня Коллином. У меня нет тяги к титулам.

Я подняла глаза. Его взгляд по-прежнему был прикован ко мне, словно зал за моей спиной не представлял для него никакого интереса.

— Что-то не так? — поинтересовался он.

Правило четвертое.

Уважение требуется проявлять в любое время. Неспособность проявить уважение ставит под угрозу вашу полезность для Всеобщего Блага. Без полезности у вас нет предназначения. Без предназначения для вас нет места.

— Я растеряна, — призналась я совсем тихо. Правила из лекционных залов Академии вступали в жесткое противоречие с мужчиной, сидевшим напротив меня.

Он подался вперед, в его оценивающем взгляде промелькнуло беспокойство:

— Из-за чего?

— Ваша доброта, — сорвалось с моих губ прежде, чем я успела себя остановить. — Я не ожидала этого.