Городские тени (СИ) - Колесова Наталья Валенидовна - Страница 19

Рэйчел вспомнила, как просто летала в вальсе с Марлоу, и ощутила неприятное чувство… назовем его досадой: неужели другая будет ощущать себя такой же легкой птицей в бережных и одновременно крепких объятьях лаэрда? И тут же старательно над собой посмеялась: и что с того? Что за дело, с кем и как он вальсирует? Тем более ей самой такой возможности больше не представится: вряд ли Марлоу когда-нибудь в будущем пригласит ее в свой дом. Единственное, что их объединяет – стремление найти тайную страсть бедняжки Бетси.

К сожалению, допрос слуг ничего не дал: что за изворотливый и хитрый противник им достался! Или прислуге запретили откровенничать под страхом увольнения… возможно, та же Софи! Правда, в начале недели должна вернуться старшая горничная, отпросившаяся навестить больную матушку… Но в то, что это принесет какие-то новые сведения, верилось уже с трудом. Как, впрочем, и в мистификацию с дневником, которая казалась просто гениальной! Одна надежда на инспектора Келли с его любительницей лакеев! Рэйчел потратила полночи, оформляя в девичьем стиле изящную записную книжку: тут атласная закладка, там засушенный цветочек (реквизированный на время из школьного гербария), несколько написанных убористым почерком баллад, короткие записи на нескольких страницах… Возможный искатель дневника не должен понять сразу, что перед ним пустышка.

Но уже закончился понедельник, а никакой охотник за мифическим дневником так и не объявился. Видимо, блеф не прошел!

Погрузившись в свои мысли, Рэйчел вместо того чтобы отпереть свою спальню ключом, машинально просто нажала на ручку. И так же машинально шагнула в легко подавшуюся дверь.

И замерла на пороге, ошеломленно обозревая хаос разбросанных вещей и книг. Неужели и ее посетил гневный дух Элизабет Рэйн?

Но посетитель оказался из этого мира.

Несколько мгновений Рэйчел смотрела на спину человека, склонившегося над выдвинутым ящиком комода и не заметившего ее появления, прежде чем спокойно осведомиться:

- Что вы здесь делаете?

***

Софи Марлоу – это была она – просто подпрыгнула от неожиданности. Метнулась туда-сюда по тесной комнате, натыкаясь на угол кровати и комод, и только потом повернулась к двери, где непреодолимой скалой стояла хозяйка. Пальцы, сжимавшие вытащенную из комода одежду, разжались – обе проследили, как ткань бесшумно оседает на пол, и вновь уставились друг на друга.

- Зашли примерить мои нижние юбки? – обыденно предположила учительница, прикрывая за собой дверь. Девица затравленно следила за ней, словно пойманный в капкан зверек, протянешь руку – оттяпает палец, вон, даже зубки невольно оскалила. Взгляд серых глаз метался по комнате, ища какой-нибудь выход (не окно же, в конце концов!) или объяснение своего появления в спальне преподавательницы. Никаких идей и выходов не нашлось, но Софи вызывающе выпрямилась, всем своим видом показывая, что всё ей нипочем.

- Я не обязана вам ничего объяснять!

Учительница сладенько улыбнулась.

- Похоже, вы искали вот это? – Неспешно, наслаждаясь эффектом, достала из сумочки на запястье маленький «дневник» и дразняще повертела над головой.

- Вы все-таки нашли его! – Софи впрямь как охотящийся зверь кинулась с протянутыми руками к дневнику, но учительница ловко уклонилась, и девица всем телом ударилась о дверь. Тут же развернулась, со слезами в широко распахнутых глазах уставилась на вожделенную книжечку. – Отдайте, мисс Джонс, он не ваш!

- Но и не ваш, - резонно возразила та, отступая ради безопасности за кровать: драться с собственной ученицей в ее планы как-то не входило. Школьница следила за ней напряженным взглядом. – Скажите, Софи, чего вы так боитесь? Что такого я могу в нем прочесть?

- Ничего я не боюсь! – возвысила голос Софи.

- Вы боитесь за себя или за?.. - Рэйчел намеренно сделала паузу, но девушка в нее не попалась – к сожалению, слишком быстро пришла в себя: то есть изобразила свой обычный высокомерный взгляд и сжала розовый рот в птичью гузку.

- Не прочтете вы в нем ничего кроме всяких глупостей и лжи! Так и знайте, мисс Джонс! – И, круто развернувшись, выскочила из комнаты.

- Софи Марлоу, вы обязательно будете наказаны за сегодняшнее! – известила Рэйчел ее стремительно удалявшуюся напряженную спину.

Девица дернула плечом.

- Как вам будет угодно, мисс Джонс!

Учительница мрачно смотрела вслед: и как же наказать нахалку? Отвести к директору? Лишь пожурят (господин Тьер отлично помнит, кто у нас главный попечитель!), к тому же к утру девчонка придумает какую-нибудь отличную историю, в которую охотно поверят. Лишить обеда и сладкого? Так у нее полшколы в адъютантах, мигом всяческих яств натащат. Не проведать ли завтра незаслуженно подзабытый карцер в подвале? Некоторое время Рэйчел с наслаждением представляла Софи в темном сыром карцере в компании пауков, мышей и могильного холода, и, слегка утешившись этим, увы, фантастическим видением, принялась собирать разбросанные вещи.

Что ж, западня с поддельным дневником Бетси все-таки сработала, пусть и самым неожиданным образом. Может, следующим за компрометирующими записями явится как раз тот, кого Софи так отчаянно пытается защитить?

Глава 16

Все-таки он?

Выжидающе улыбаясь, Рэйчел смотрела в лоснящееся румянцем, здоровьем и сознанием собственной неотразимости лицо.

Лицо Рафаэля Линдона.

Когда служанка объявила: «К вам молодой джентльмен, мисс Джонс», Рэйчел корпела над стихотворными эссе, написанными старшими девочками. Над некоторыми смеялась в голос, кое-какие строчки подчеркивала, оставляя на полях запись: «Позаимствовано у Байрона (Шелли), стыдитесь!», над очень редкими задумывалась, глядя в окно на фланирующие по воздуху осенние листья. Да, имеется в школе пара одаренных поэтически девочек, только какой в этом смысл? Строчить стихи в дружеские альбомы или придумывать рифмованные поздравления для подружек и членов семьи? И то пока молоды. Писать, а уж тем более издаваться под собственным именем для женщины практически невозможно (редчайшие исключения лишь подтверждают правило). Это очень, очень скандально!

- Вот как? – отсутствующе отреагировала Рэйчел на слова горничной. И внезапно вернулась из эфира стихотворных строк в мир материальный. – Проводи его сюда, Мэри. Интересно, кто же это?

Этот вопрос она повторяла мысленно, вставая из-за стола и поправляя прическу и рукава строгой белой блузки. Подумав, показательно выложила на угол стола поддельный дневник Бетси: теперь она носила его с собой повсюду - во избежание следующих внезапных ночных визитов.

- Прошу сюда, мисс Джонс вас ожидает, - услышала Рэйчел голос горничной и поморщилась: надо обучить слуг представлять посетителей как положено! Впрочем, энергично вошедший в класс гость с поклоном объявил себя сам:

- Рафаэль Линдон к услугам мисс Джонс!

- О… - Рэйчел почему-то слегка растерялась: неужели разгадка оказалась так проста, сбылись подозрения Марлоу?

Ее замешательство молодой человек, кажется, принял на свой счет: самодовольно усмехнувшись, протянул ей букетик осенних тагедесов; пряный бархатный аромат ярких цветов защекотал ноздри.

- Прекрасное для прекрасной дамы!

- Благодарю, но, право, не стоило… Присаживайтесь, господин Линдон.

- Не надо так официально, - широко улыбнулся Рафаэль. – Мы ведь с вами, можно сказать, хорошо знакомы.

- Вот как?

- Конечно! Вы же учительница Софи Марлоу, а Софи - моя давняя приятельница!

«Приятельница» - и только? Машинально перебиравшая принесенный букетик Рэйчел заметила, какие напряженные у нее пальцы, и приказала себе расслабиться: всего-то нужно подождать, когда прояснятся намерения внезапного гостя.

Однако Линдон переходить к конкретике не спешил: беззаботно болтал, вспоминая «вечеринку у Марлоу» и прогулку в парке. Язык, конечно, у него прекрасно подвешен, замечания остроумные, еще и артистические способности наличествуют: когда он мастерски изобразил клевавшую носом мистрис Терезу, Рэйчел, не выдержав, рассмеялась.