Ты. Мой. Ад - Асхадова Амина - Страница 8

Так вот, во время папиного отпуска моя мама забеременела мной, разыскала отца в России, и они поженились. По залету, получается.

Кстати, нынешний муж у нее неплохой, но… не знаю, сколько еще Пьер будет терпеть ее выходки, ведь когда они поженились, она держала себя в руках.

Я засматриваюсь на витрины, чувствую ароматы кофе и задерживаюсь возле уличных музыкантов, заслушиваясь живой музыкой. Затем иду дальше, покачивая бедрами, и ловлю взгляды. Вот, например, мужчина у кофейни чуть не роняет стакан, и это вызывает улыбку. Все-таки приятно понимать, что я… привлекаю внимание и вызываю восхищение…

Хотя мать вечно говорила, что я вряд ли вырасту красавицей…

Устав бродить по полупустому городу, я сажусь у фонтана и вытягиваю ноги. Солнце жарит лицо, ветер треплет непослушные кудри и краешек платья.

Пользуясь солнечным светом, который делает лицо почти оранжевым, достаю телефон и делаю селфи. Блик чуть неудачный, а старая камера айфона слегка зернит, но получается, вроде, ничего…

– Эй, не тормози… – ворчу. – Выкладывай фотку… дурацкий телефон!

Кое-как ставлю фильтр и выкладываю сторис с надписью: «Свободна как ветер», а уже через пару минут получаю лайк от Матвея и других пользователей, которые меня мало интересуют…

Улыбаюсь. Ну конечно, он всегда в онлайне.

Он подписался на меня в тот же вечер в клубе.

Желудок предательски урчит, потому что вместе с лайком я получаю смской адрес итальянского ресторана, в котором мы будем ужинать.

Поднимаюсь, встряхиваю волосы, поправляю платье. На ходу включаю музыку и шагаю по улице в ритм.

Сегодня я планирую кушать пасту, смеяться и, может быть, чуть-чуть влюбиться. Только чуть-чуть, потому что любить всерьез я в этой жизни не планирую.

Чуть-чуть это идеальная консистенция любви – этого хватит, чтобы принять предложение руки и сердца (в идеале от Матвея) и, наконец, съехать от родителей, ну а ради последнего я готова на все…

Я лениво верчу вилку в пасте, наматываю на нее слишком много и потом снова сбрасываю обратно. Сыр уже остыл, и даже аромат базилика не спасает ситуацию.

Матвей напротив – воплощение идеального парня из глянца. Рубашка идеально выглажена, легкий запах парфюма, сильные руки спортсмена и глаза… голубые глаза.

Он улыбается, как будто с рекламного плаката, и рассказывает:

– Родители, кстати, обещали подарить мне квартиру после выпускного. Но пока я живу с ними за городом.

Я поднимаю глаза, чуть улыбаюсь.

– Квартира? Своя? Круто… – осекаюсь я. – Мне пока приходится только мечтать.

– Ну, они сказали, – он делает глоток вина, – что если появится семья – то снимать или жить с ними уже не вариант. Я, правда, не спешу с семьей… у меня карьера…

– Я тоже… не спешу, – спешно добавляю.

И это чистая правда. Я точно не из тех девушек, кто хочет завести семью и детей в двадцать два.

– Я, вообще-то, нацелен на серьезные отношения, Адель. Не подумай.

Нацелен на серьезные отношения…

Мозг уже дорисовывает картинку – он, я, утро, кофе на балконе, где-нибудь на тридцатом этаже над городом…

Я чувствую, как внутри щелкает что-то похожее на ток. Мне даже хочется улыбнуться, хотя настроение почему-то на нуле. Может, из-за деревянного сыра в пасте? Все-таки самая лучшая итальянская кухня находится в Италии – несколько раз мы ездили туда с матерью, а потом, когда повзрослела, путешествовала с подругой.

– Серьезные – это хорошо, – отвечаю я небрежно, хотя голос предательски дрожит.

Звезда футбольного клуба улыбается, и я снова ловлю себя на том, что я просто им любуюсь. Интересно, целуется он так же, как семь лет назад?

Я слушаю его дальше – он рассказывает, как в детстве не хотел быть футболистом, как отец заставлял его ходить на тренировки, и как однажды он все же втянулся, когда понял, что может выигрывать, а выигрывать ему нравится.

– Мы сделали их вчистую, поняла? – оживляется он. – Я забил три гола, и тренер сказал, что если так пойдет, в следующем сезоне меня вытащат в основную сборную. Это уже другой уровень, перееду в столицу…

Я киваю, делаю вид, что слушаю, хотя мысли где-то далеко. Мне по-прежнему нравится Матвей. Он красивый, уверенный, со спортивной фигурой и идеальной улыбкой. Но… мне скучно. Просто до зевоты.

Я подношу пасту ко рту – и в этот момент дверь ресторана открывается. Сквозняк несет запах вечернего воздуха, и я машинально поднимаю глаза.

Зря я это сделала, потому что…

При виде него мои затвердевшие мозги моментально начинают работать.

В ресторан заходит самый мужчина с приема, который ловил меня из окна. Незнакомец с тяжелым взглядом и голосом, от которого мурашки бежали по спине…

Который хотел оставить меня в окне, если я не попрошу его о помощи!

На этот раз он не один – с ним девушка. Высокая, эффектная брюнетка, в привлекательном платье цвета его серых глаз. При этом, несмотря на раскованный образ, она идет рядом, будто принадлежит ему. Они проходят к столику у окна, и я почему-то замираю, следя за ними глазами.

Судя по накрытому столу, они уже были здесь, просто я, увлеченная Матвеем, их не замечала, пока они не вернулись из курилки.

– Адель, ты меня слушаешь? – Матвей щелкает пальцами перед лицом.

– А? – я моргаю, возвращаясь. – Конечно. Три гола, тренер, основная сборная. Круто.

Он довольно улыбается, а я снова краем глаза смотрю на того незнакомца с серыми глазами. Не знаю, видит ли он меня, но ощущение, что да.

– Слушай, – Матвей наклоняется ко мне. – Хочешь, ко мне поедем? У меня проектор, можно фильм глянуть, пиццу закажем…

Я усмехаюсь и качаю головой.

– Ммм, звучит как типичное приглашение «на фильм», – я делаю глоток воды и поднимаю бровь.

Он смеется, поднимает руки.

– Нет, я серьезно. Просто вечер вместе. Без всяких намеков.

– Нет.

Я говорю «нет» без объяснения причин. Я давно научилась это делать без всякого чувства вины.

Яхонтов улыбается, хотя по лицу видно – не ожидал отказа, а я краем глаза замечаю, как брюнетка из-за его спины поднимается из-за стола и направляется в сторону уборной.

Я тоже поднимаюсь.

– Я сейчас, – бросаю Матвею и иду следом.

Коридор узкий, а пол для шпилек кажется слегка скользким, и когда я захожу внутрь, та самая брюнетка как раз заходит в уборную. Я останавливаюсь у раковины, а пока мою руки, слышу приглушенный голос из-за двери.

– Подруга, извини, но я сегодня не приеду. У меня сегодня будет нереальный вечер, – слышу довольный голос брюнетки. – Мужчина, с которым у меня свидание… ммм… нереально круто трахается. Такого ненасытного зверя в постели я еще не встречала, поэтому сорри, но этой ночью меня будут трахать.

– …

– … да-да, во всех позах, – смеется она. – Потом опять неделю все будет болеть, как после прошлого бешеного секса… он после командировки и жутко голодный… нет, он никого кроме меня не трахает и по шлюхам не ходит, ты же знаешь, положение обязывает и он верный… обманывать не будет, прямо скажет… хотя терять такого не хочется… не завидуй, подруга, это мой мужик… все, я побежала…

Я чуть не роняю бумажное полотенце от шока и даже на секунду замираю, пока мурашки несутся по коже в бешеном темпе, но брюнетка, вернувшись к раковине, даже не замечает моего ступора – поправляет помаду на губах и ловит мой взгляд в отражении.

Я не отвожу взгляда – напротив, скольжу по ее пухлым губам и спускаюсь ниже, к шее, на которой замечаю багровые следы… судя по всему, того самого бешеного секса.

– Сильно видно засосы на шее, да? – чертыхается брюнетка.

– Нет, нормально…

Чтобы не выдать шока, говорю как бы между прочим:

– Классная сумка, – киваю на Гуччи, – лимитированная коллекция.

Она улыбается краешком губ и смотрит на мое платье.

– Спасибо, а ты разбираешься…

Мы перекидываемся парой слов, а затем она возвращается обратно. Оставшись одна, я бросаю взгляд в зеркало и смотрю в свое отражение. Глаза чуть расширены, а сердце будто бьется не там, где нужно. «Такого ненасытного зверя я еще не встречала» – прокручиваю в голове предвкушающий тон брюнетки, и почему-то мне жарко. Слишком.