Алёна Ведьма 3. Мёртвая слобода (СИ) - Белая Дана - Страница 28

— А… — Алёна смешалась, почувствовала, как щёки заливает краска. — Ну… да. Ты прав. Просто я в этом не особо. Даже не подумала почему-то.

— Ты о другом думала, я об этом. И в машине кое-что ещё. — Иван спрятал камуфляж обратно в пакет, подошёл, обнял её за плечи. Прижал к себе — тепло, крепко, она почувствовала, как бьётся его сердце. Поцеловал в макушку. — Соскучился я.

— Эх, Вань… — Алёна прижалась к нему, прикрыла глаза. Постояла так несколько секунд, вдыхая запах трав, которыми он мылся, и его собственный, родной, живой. Плечи чуть расслабились, напряжение, которое держалось дни, начало отпускать. Вынырнула из объятий первой. — Но теперь готовимся.

Подошла к столу. Взяла браслет из пяти видов камней, по два каждого, нанизанных на конский волос. Проверила каждый узел — держалось крепко, волос натягивался, но не рвался.

— На. — Протянула Ивану. — На левую руку.

Он повертел его в руках, потрогал бусины — гладкие, холодные, тяжелые, — надел.

— И что тут?

— Агат — поглощает чужую тёмную силу. Тигровый глаз — нагревается, когда рядом колдовство. Сердолик — прибавляет сил, не даёт устать. Янтарь — защищает от порчи и навьих тварей. Обсидиан — должен нейтрализовать частично тёмную силу.

— И что, прямо работает? — Иван ухмыльнулся, но браслет под рукав спрятал. Пальцем провёл по бусинам ещё раз, будто запоминая их расположение.

— А вот как раз и проверим, — ответила Алёна так серьёзно, что улыбка с его лица исчезла.

Она подошла к окну, выглянула на улицу. Снег, серое небо, пустой двор — ни души, только ветер гоняет позёмку по асфальту. Странно. Повернулась к Ивану:

— Готов?

Он кивнул. Молча. Только желваки заходили на скулах, и руки сжались в кулаки, разжались, сжались.

Алёна взяла рюкзак, проверила, что всё на месте: камни, травы, «Родник», бабушкин нож. Застегнула молнию — замок шёл туго, пальцы скользили. Взяла куртку, накинула на плечи. У двери остановилась, повернулась к нему. Сердце колотилось где-то в горле, но голос был ровным.

— Ну… поехали?

Доехали быстро.

По дороге Иван показал новые снегоступы — пластиковые, широкие, похожие на обрезанные лыжи. Алёна только сейчас вспомнила, что сама даже не подумала об этом важном элементе экипировки. Хлопнула себя по лбу.

— Вот ты у меня молодец! — погладила его по голове. — У меня совсем из головы вылетело, что старых больше нет.

У шлагбаума их встретил новый охранник — молодой парень, скорее всего после армии сразу устроился. Иван показал документы, тот кивнул, открыл. Проехали к сгоревшему амбару, где работали люди из пожарной экспертизы. Иван обозначил их присутствие и поехал дальше, к уже знакомому входу на тропу. По пути встретили только двух мужиков в белых касках — из проверяющих. Те посмотрели хмуро, но ничего не сказали.

Иван заглушил двигатель, повернулся к ней:

— Итак, что делаем?

— Идём к дому деда. Устраиваем слежку. — Алёна расстегнула куртку, коснулась обсидиана на шнурке. — Ждём, когда петух уйдёт. Или придёт и уйдёт. Понять надо, кто этот дед — леший, дух какой или колдун. От этого будем решать, где ловить петуха.

— Понял. — Иван взял с заднего сиденья рюкзак, снегоступы, поправил кобуру под мышкой. — Слушай. Всё хотел спросить. А зачем тебе это? Рисковать, помогать кому-то, кого ты не знаешь?

Алёна замерла в пол-оборота на сиденье. Пальцы — на лямке рюкзака.

— Знаешь… — начала, помолчала, собираясь с мыслями. — Я уже думала об этом. Ещё до шабаша. И после. Хотела собраться и уехать домой. Даже ревела от бессилия. — вздохнула, вспомнив тот страх, лица жертв колдуна, ведьм на поляне. — И скажу так. Во-первых, мне нравится учиться. За эти несколько месяцев я поняла больше, чем за девятнадцать лет в деревне. Меня просто притягивает к знаниям, к неизведанному. — На её лице проявилась улыбка, глаза блеснули азартом, будто перед ней уже открывались новые горизонты. — И что я могу ещё узнать!

— Это выглядит как-то… маниакально, — усмехнулся Иван. — Вот твоя цель?

— Цель? — Алёна провела пальцем по краю куртки, разглядывая торчащую нитку. — Может, это моё предназначение. — Улыбнулась, подняла глаза. — Только боги знают.

— А сейчас? Что ты преследуешь сейчас?

— У меня между отключками было время подумать. — Она опустила руки на колени, сжала, разжала. — Помнишь первый день? Петух, кирпичи. Мне кажется, он что-то почувствовал. Дед пришёл — словно посмотреть его позвали. И мне кажется… вернее, я даже уверена, что просто так меня в покое всё равно не оставят. — сжала губы, глядя, как Иван отреагирует. — И тут… или я, или меня. Нельзя оставлять за спиной врагов, способных тебя убить.

Иван выслушал, не перебивая. Кивнул.

— Отлично. Это я и хотел услышать.

— А что именно в этом такого ты услышал? — прищурилась Алёна.

— То, что ты не свихнувшаяся ведьма, желающая уничтожить всё вокруг, лишь бы прийти к цели. — Иван говорил медленно, тщательно подбирая слова. — А делаешь всё обдуманно. И сейчас у тебя нет другого выбора. — Он помолчал. — А при учёте того, что я видел это… существо… и ещё ничего не знаем о деде, я уверен, что тебе угрожает опасность. А ещё… смотри.

Он взял папку с делом, достал файл с листочками, протянул ей.

— Что это? — Алёна взяла, достала листы. На них были нарисованы от руки планы стройки, красным отмечены точки, стрелочки. Где-то площадь участка больше, где-то меньше. Провела пальцем по линиям, подняла глаза на парня. — Тут отмечены все происшествия, да?

— Да. Все по списку, с датами. — Он наклонился к ней, взял её палец и провёл по красному маленькому периметру, внутри которого были постройки. — Это второй случай. — Убрал пару листов. — Смотри, а это пятый. Тут периметр больше. А вот, — достал один из последних, — совсем на другом конце посёлка. Когда охранника медведь задрал.

— Ваня! — Алёна быстро поцеловала его в щёку, разложила листы на коленях и торпеде. — Дух становится сильнее. Изначально все происшествия рядом вот с этим местом. — Она ткнула пальцем в первый склад. — Потом дальше и дальше. И от организации несчастных случаев он перешёл к прямому убийству.

— Да, я тоже об этом подумал.

— А что раньше не сказал?!

— А я только сегодня ночью это сделал. — Иван пожал плечами. — Просто когда к тебе шёл, забыл папку.

— Ну… — Алёна откинулась на спинку, разглядывая листы. — Это полезная информация. И говорит о том, что действовать надо быстрее. Он растёт просто в геометрической прогрессии. И склад, трупы и пропажа людей говорят об этом лучше всяких там догадок. — собрала листы, сунула обратно в папку. — Идём?

Одели маскхалаты. Иван помог закрепить снегоступы, и они вышли на тропу.

Дошли до места, где в прошлый раз столкнулись с духом. Иван остановился, присел на корточки, расчистил снег рукой в перчатке.

— Алён… смотри. — показал на тёмное пятно, вмёрзшее в снег. — Тут кровь есть. Красная. А дальше, когда он бежал и с него капала какая-то жижа, — следов нет.

Она наклонилась. Кровь въелась в снег — ржавый, бурый отпечаток. Пахло железом и чем-то сладковатым, приторным.

— Наверное, он каким-то образом привязан к телу. Это его сосуд. — Она выпрямилась, поёжилась. — И… тело можно повредить. Хотя это и так было понятно. Но можно ли вообще уничтожить тело? Сжечь, например.

— Можно к твоему ритуалу добавить бензин. — Иван поднялся, отряхнул перчатки. — Не помешает?

— Думаю, нет. — посмотрела на него, и в глазах мелькнуло удивление. — Идея классная. Ты прямо не перестаёшь меня удивлять, дорогой.

Иван наконец улыбнулся — не той дежурной улыбкой, а по-настоящему, с нежностью.

— Просто выполняю свою работу. Делаю то, что умею. Дорогая.

— Ты мне таким ещё сильнее нравишься.

— Так, потом комплименты. — Он огляделся, взял её за локоть. — Пошли работать. Не нравится мне тут стоять.