Старые леди и убийство накануне венчания - Шаркова Елена В. - Страница 3

– Я тоже! – оживилась Ивлин. – С радостью полюбовалась бы вашими!

– Можем прогуляться по саду после завтрака, я замучаю вас рассказами о своих гортензиях. У нас как раз будет время до венчания.

– Ничего, что мы тоже пойдëм на венчание? Мы же не знакомы с молодыми…

– Но вы мои гости! Конечно, мы пойдëм все вместе! Надеюсь, вам понравится наша церковь. Она не слишком старая, всего лишь восемнадцатый век, но алтарь весьма впечатляет.

– У нас как раз новые шляпки, есть во что принарядиться, – похвасталась Вайолет. – А кто венчается?

– Николас и Оливия. Они оба местные, дружили с детства. Тут интересная история: в юности у Николаса была другая невеста, а у Оливии – другой жених. И невеста, и жених разорвали помолвки.

– И сбежали вместе?

– Нет, это даже произошло в разное время. Невеста Николаса решила покорять Лондон, с тех пор не возвращалась. Впрочем, один раз приезжала – на похороны матери. А жених Оливии влюбился в итальянку и уехал в Италию, представьте себе. И вот… прошли годы, Николас с Оливией зализали раны, полюбили друг друга. И сегодня поженятся.

– Всё-таки у вас очень романтичная деревня, – проговорила Ивлин. – Любовь, измена, Италия… Прямо как в каком-нибудь любовном романе! Приятно будет посмотреть на хэппи-энд.

Утреннее солнце освещало небольшую столовую, чай был горячим, еда – вкусной, женщины наслаждались неторопливым завтраком и размеренной беседой.

– А библиотека у вас в деревне есть?

– Нет, к моему сожалению. Приходится ездить в соседний город, Фанчестер, там неплохая библиотека. Иногда сама езжу, иногда Дебби, служанка, меняет для меня книги. Там уже хорошо знают мои вкусы.

– Очень жаль, я люблю читать новинки, особенно детективы. Но зато это повод лишний раз съездить в город, да? Ну или перечитать мистера Диккенса. Хотя я его романы наизусть знаю. А вот возвращаясь к мелодраматической легенде – Проклятый утëс действительно существует? – поинтересовалась Вайолет.

– Ещё как. Он и правда опасный: высокий, крутой, внизу острые камни. Прилив до него не доходит, вот почему Айрис из легенды разбилась на камнях. Но вид сверху потрясающий. Впрочем, не советую туда подниматься, это слишком трудно в нашем возрасте… Хотя там наверху стоит скамейка, можно передохнуть после нелёгкого подъёма. Много было споров вокруг этой скамейки, скажу я вам.

– Кто-то не хотел ставить скамейку? Почему же?

– Половина жителей была против, потому что такое вмешательство нарушает естественный пейзаж. Я тоже не хотела, хотя меня уверяли, что это, в частности, поможет таким, как я, – пожилым. Не то чтобы я часто туда ходила… Честно говоря, с определённого возраста вообще перестала туда подниматься. Но скамейку всё-таки поставили, теперь там удобно любоваться пейзажем, и свидания на утёсе стали назначать чаще.

– А контрабандисты правда существовали?

– О да, здесь у многих семей они были в роду. Морской берег, сами понимаете…

– В деревне, наверное, и маяк есть?

– Нет, а вот в Фанчестере есть. Именно поэтому контрабандисты чувствовали себя в нашей деревне вольготно. Свет маяка мешал бы им заниматься их тайными делами.

– Но как же они в темноте? Ведь это неудобно? – задумалась мисс Вордси. – Простите, миссис Редли, я ужасная зануда, всегда задаю странные вопросы, фокусируюсь на каких-то мелочах, это привычка с детства… Сейчас поняла, что никогда особенно не интересовалась жизнью контрабандистов. Но ведь и правда странно – как они действовали без маяка?

– О, когда живёшь у моря, это знание висит в воздухе. Мы все с детства слышали рассказы о контрабандистах, многие легенды я помню буквально наизусть. У них были светильники, специальные сигналы… хотя, конечно, дело очень опасное, некоторые гибли. Но отсутствие маяка им помогало скрывать свои передвижения. А вот пирс у нас, между прочим, есть. Небольшой, но там можно погулять и посидеть с видом на море. Однако я вас заболтала! – забеспокоилась хозяйка. – Непременно попробуйте мëд. Ручаюсь, вы такого нигде не ели!

Вайолет попробовала и ахнула.

– Великолепный мëд! Ив, положи себе! Где вы такой берëте, миссис Редли?

– У Эдди, – улыбнулась хозяйка. – Тут у нас на холме есть пасека, еë держит Эдмунд. Мой друг детства. То есть… наш друг детства. Мы дружили вчетвером – Эдди, Алан, Лоис и я. Когда выросли, поженились – сначала мы с Аланом, потом Эдди с Лоис.

Еë голос дрогнул, и маска спокойствия на мгновение сдвинулась, обнажив лицо страдания.

– Инспектор Редли сказал нам, что вы потеряли мужа. Мы вам очень сочувствуем, – мягко проговорила Ивлин.

– Мы хорошо понимаем, каково вам, миссис Редли, – подхватила Вайолет. – Мы обе… потеряли близких.

– Да? Кого? Простите за любопытство… так неделикатно с моей стороны… Но это не просто… не просто любопытство, – миссис Редли нервно сжала руки. – Мне не с кем обсудить. Никто не понимает. Люди утверждают, что раз прошло два года, то мне должно стать легче. Время лечит, и всё такое. Но оно же не лечит. Хоуард сказал, вы обе очень мудрые и понимающие люди. Что вам говорит ваш опыт – когда станет легче?

Сëстры переглянулись с грустной улыбкой. Вайолет знала, что они обе вспомнили одно и то же. Тогда прошло полгода после гибели еë жениха, и Ивлин увещевала еë не отдаваться горю так бурно, говорила, что пройдёт время, и ей полегчает. А ещё через полгода погиб муж Ивлин, и она в рыданиях бормотала: «Вай, прости, прости, я ничего не понимала, какие глупости я тебе говорила, я только теперь понимаю, только теперь».

– Никогда не станет легче, – твëрдо ответила Вайолет, выдержав отчаянный взгляд миссис Редли. – Вы просто учитесь жить с этой болью, но она не проходит. Мой жених, Хэрри, погиб во второй войне с бурами, и муж Ив, Хенри, тогда же. Прошло тридцать пять лет, и боль всë та же. Но у Ив…

Она запнулась.

– Я скажу, – вступила Ивлин. – Ничего, Вайолет, я скажу. Миссис Редли, в Великой войне я потеряла сына.

– Боже, какой ужас! – вскричала миссис Редли.

– Он был моряком и погиб в Северном море. Нет могилы на суше, некуда прийти. Вот почему я так хочу дом именно на Северном море – чтобы быть ближе к моему мальчику… С тех пор, как его не стало, прошёл двадцать один год, – тихо продолжала Ивлин. – Да, в сентябре как раз будет двадцать один год.

– Это когда сразу три корабля… – пробормотала миссис Редли.

– Да. Барт служил на «Кресси». Вы видите, я путешествую, сплю, ем… смеюсь… но не было ни одной секунды за эти двадцать лет, ни одной секунды, когда бы я не помнила… не чувствовала… не…

Ивлин встала из-за стола и отошла к окну, повернувшись к собеседницам спиной. Она смотрела прямо на кусты тех самых гортензий, не осознавая этого. Все молчали. Вайолет тоже поднялась, но не решилась подойти к сестре. Долгих пять минут Ивлин боролась с собой и победила. С бесстрастным лицом повернувшись к миссис Редли, она проговорила:

– Вайолет сказала правду: легче не станет, вы просто учитесь терпеть боль. Именно так. А те, кто говорит, что время лечит… они не знают. Понимаете, они ещё не знают.

– О моя дорогая, моя дорогая! – миссис Редли бросилась к Ивлин и обняла еë.

И миссис Редли, и сëстры почувствовали, что они не просто хозяйка и гостьи – они подруги по горю. Слёзы блестели на глазах трëх женщин – Ивлин тоже не выдержала, но они улыбались друг другу.

– Ещё чаю? – наконец предложила миссис Редли. – Кажется, нам всем нужен крепкий горячий чай. Верное средство для борьбы со стрессом, не так ли?

Они как раз успели вернуться к столу, когда в комнату вбежала молодая служанка, взволнованная и раскрасневшаяся.

– Мэм, о мэм, случилась ужасная трагедия!

– Хоуард?! – вскричала миссис Редли.

– О нет, мэм, нет, не волнуйтесь, с мистером Редли всë в порядке.

– Как ты испугала меня, Дебби! Но что случилось? И с кем?

– Это мистер Гудмен, мэм. Николас Гудмен. Он погиб!

– Николас погиб?! Господи, как же так? Когда, каким образом?

– Сегодня ночью, мэм. Упал с Проклятого утëса.