Тайна девятой планеты. Контракт вслепую - Седов Денис - Страница 4

* * *

В аэропорту, когда они ждали посадку, Николай достал телефон.

— Запиши номер.

Иван записал. Николай убрал телефон в карман и сказал слова, которые снова изменили судьбу Ивана:

— Напиши мне сообщение на неделе. У меня есть знакомые. Работа будет, не волнуйся.

Объявили посадку. Иван сохранил номер одним словом: «Мастер».

Глава 4

Рассказывая родителям о переменах на работе, Иван ожидал чего угодно, но только не того, что случилось.

Отец выслушал его молча: не стал утешать, не спросил, что сын собирается делать дальше. Просто взял телефон, набрал номер и вышел на террасу.

Говорил он долго, и Иван видел через стекло, как отец ходит от перил к мангалу и обратно, кивает, слушает, снова что-то объясняет. Слов было не разобрать, но Ивану показалось, что говорит он не по-итальянски: мягко, быстро, с картавым «р». По-французски? Иван и не подозревал, что отец так свободно его знает. Он хотел спросить у мамы, но она в этот момент очень внимательно резала хлеб.

Наконец отец вернулся и торжественно объявил:

— Завтра едешь в Хорватию. Там открыли учебный центр по буровым киберустановкам, самым новым. Я обо всём договорился. Жить будешь у нашего старого знакомого, Марио Скорсетти. Помнишь его? У него пиццерия в Сплите. Пока не пройдёшь курсы, остановишься у него. Это наш с мамой тебе подарок. Всё-таки первая работа, и с такими отзывами. А с сертификатами на самые новые установки ты без работы не останешься.

— И, сынок, — добавила мама, — напиши Николаю прямо завтра. Наши люди слова на ветер не бросают.

Отец одобрительно кивнул.

* * *

Следующий месяц прошёл как во сне.

Учебный центр стоял на окраине Сплита, в новом здании из стекла и бетона, с видом на порт. Внутри было тихо и прохладно, как в больнице, — никакой ржавчины, никакого грохота. Вместо бурового пола — полноразмерный тренажёр кабины бурильщика: кресло, два джойстика, полукруг мониторов, а за ними на огромном экране — буровой пол, по которому двигались роботы. Трубный манипулятор, робот-ключ, автоматические клинья — всё как настоящее, только упасть на ноги ничего не могло.

Первые дни Иван ловил себя на том, что после каждой операции рефлекторно отдёргивает руки, как от ключа на полу. Инструктор, сухой норвежец лет шестидесяти, это заметил и усмехнулся:

— Хорошая привычка. Не теряй. Робот тоже иногда ошибается, а ты будешь рядом, когда его чинят.

Учили всему сразу: как управлять системой, как читать её сигналы, как понять, что робот «думает» не то, что ты ему приказал. Аварийные сценарии: обрыв связи, отказ гидравлики, газопроявление, когда скважину надо закрыть за секунды, а манипулятор как раз держит свечу над центром. Отдельный курс по контролю скважины, с экзаменом, на котором заваливалась половина группы. Иван сдал с первого раза.

По вечерам он помогал в пиццерии дяде Марио — огромному, шумному, с руками пекаря и голосом оперного баритона. Марио учил Ивана растягивать тесто, ругался на него по-неаполитански и ни разу за месяц не взял с него ни евро. А когда Иван однажды спросил, откуда тот знает отца, Марио рассмеялся, хлопнул его мучной ладонью по плечу и сказал:

— Давно это было, ragazzo. Спроси отца.

Свободное время Иван проводил на море, там он и познакомился с Миланой.

Высокая брюнетка с волнистыми волосами и зелёными глазами, она сидела на камнях с книгой и не обратила на него никакого внимания, пока он трижды не прошёл мимо. На четвёртый раз она подняла глаза и спросила, не заблудился ли он.

Знакомство быстро переросло в роман. Они подходили друг другу: оба упрямые, оба смешливые, оба не любили сидеть на месте. Пара была на загляденье, и знакомые постоянно это отмечали. Марио, увидев их вместе в первый раз, перекрестился и сказал, что таких красивых детей у них будет полный дом.

Курсы закончились, и у Ивана появились новые сертификаты, совсем не дешёвые, а главное — надежда, что работа будет.

* * *

Пришли деньги за последнюю вахту: полный расчёт и небольшая премия за перегон. Иван привёз Милану к родителям, познакомить. Мама сразу её полюбила, отец смотрел внимательно, но улыбался.

Иван был окрылён: чувство к Милане оказалось новым, незнакомым, и ему хотелось показать ей весь мир. Он решил прокатить её по Европе и выбрал не самый дорогой маршрут, а вполне разумный для своего бюджета: следующие деньги неизвестно когда придут, а голова у него всё-таки работала.

Но всё пришлось отменить.

Осенним утром, когда Иван ещё спал, зазвонил телефон. Сначала он пожалел, что не выключил звук перед сном. Потом увидел на экране одно слово — «Мастер» — и осторожно, чтобы не разбудить, выскользнул из объятий Миланы и вылетел в коридор.

— Вань, привет. Это Николай. Тебе сегодня позвонит агент из Англии. Набирается бригада. Работа в Европе, в Северном море. Я тебя посоветовал первым помбуром. Сертификаты у тебя есть, так что не подведи меня.

— А вы? Тоже туда пойдёте?

— Нет, Ваня. Я буровым консультантом устроился. Еду в Венесуэлу на днях. Но ты не пропадай. Пиши, как что.

— Спасибо большое! Я ваш должник!

— Да ладно тебе. Я же обещал.

Мастер попрощался и нажал отбой.

Иван обернулся: всё это время рядом стоял отец, в халате, с чашкой кофе.

— Николай? Мастер?

— Ага. Представляешь, выполнил обещание. Не забыл.

Отец помолчал, глядя в окно.

— Знаешь, сынок, русские в основном такие люди. Если что-то пообещают, то делают. Мама в этом права.

Он ушёл на кухню, так и не сделав ни глотка.

* * *

Агент позвонил через пару часов, а через неделю Иван уже летел в холодную Данию.

Он приземлился в Биллунне, где из окна самолёта было видно только серое небо и мокрые поля, и добрался на автобусе до Эсбьерга. Ночью шёл дождь, утро было ветреным и тёмным.

В вертолётном терминале его встретила очередь таких же, как он: молчаливые мужчины в куртках, с одинаковыми спортивными сумками. Иван заполнил бумаги, на основании которых его внесли в единый реестр персонала на борту. Проверили паспорт, медицинскую справку, сертификат по выживанию в море и подготовке к эвакуации из вертолёта при посадке на воду. Взвесили его, потом сумку: здесь каждый килограмм на счету.

Потом был инструктаж — короткое видео о том, что делать, если вертолёт упадёт в воду: как ждать, пока перестанет вращаться винт, как найти выход в перевёрнутой кабине, держась за раму, как пользоваться аварийным дыхательным аппаратом. Иван всё это проходил на курсах, но здесь, вспоминая свинцовое море за окном отеля, смотрел так, будто видит впервые.

Ему выдали спасательный комбинезон — плотный, оранжевый, на размер больше. Он натянул его, застегнул молнию до подбородка и вышел к вертолёту.

Так началась новая глава в его жизни.

Глава 5

С первых часов Ивану показалось, что он попал в другой мир: настолько всё здесь отличалось от прежней работы.

Вертолёт сел на площадку, и, ещё не успев снять наушники, Иван увидел то, чего в Египте не видел никогда: на палубе ни пятнышка ржавчины. Белые надстройки, ярко-жёлтые поручни, свежая разметка. Сотрудник в оранжевом жилете вывел их цепочкой к входу, пересчитал по головам и сдал внутрь, как сдают груз по накладной.

Здесь всё было устроено для людей: сауна, просторный кинозал с мягкими креслами, качалка, в которой тренажёры стояли новые, а не сваренные из старых труб, даже солярий — Иван сначала решил, что ослышался. И лифты: в жилом блоке и даже на буровой.

Первым делом был инструктаж для новоприбывших: где точка сбора по тревоге, где твоё место в спасательной капсуле, какой сигнал что означает, куда нельзя ходить без разрешения. Ему выдали пропуск с фотографией и показали доску у входа, где по карточкам видно, кто сейчас на борту и где находится.

Потом местный медик, Брайан, невысокий улыбчивый ирландец, провёл его по всем помещениям, по дороге рассказывая, когда лучше кормят ночью и какая беговая дорожка не скрипит. Каюта оказалась на двоих, но со сменщиком они не пересекутся: один работает днём, другой ночью. Свой душ, свой туалет, чистое бельё, телевизор и окно с видом на серое Северное море.