Инженер из будущего. Книга шестая (СИ) - Черный Максим - Страница 10

Он подошёл к окну. За стеклом шёл снег, и заводские корпуса едва виднелись в белой пелене. Но за стенами цехов кипела работа. Плавился металл, станки обрабатывали детали, рабочие собирали танки. Несмотря на мороз, нехватку специалистов и постоянные перебои со снабжением, завод продолжал расширяться.

Максим вернулся к столу и снова взял карандаш.

Чертежи уйдут в Челябинск. Там их изучат, обсудят, внесут необходимые изменения и начнут работу. Если всё сложится удачно, через год-полтора армия получит новые тяжёлые машины.

Он понимал, что впереди ещё много месяцев работы. Будут новые танки, пушки и самоходки, новые испытания, неизбежные ошибки и переделки. А на фронте продолжат гибнуть люди, которым техника нужна не через год, а прямо сейчас.

Максим посмотрел на лист с изображением ИС-3. Он не испытывал преждевременной радости. Проект ещё предстояло реализовать, и пока нельзя было сказать, сколько трудностей возникнет по дороге. Но решение передать чертежи Котину было правильным.

Теперь у них был Т-54, над которым продолжали работать в Красноярске, и два проекта тяжёлых машин, которые должны были получить развитие в Челябинске. Времени оставалось мало, но хотя бы каждый занимался своим делом.

Вечером Козырев снова появился в кабинете Максима. На этот раз он держал в руке документы об отправке.

— Всё. Документы ушли спецпочтой. Охрану обеспечили. Если дорога не преподнесёт сюрпризов, то через несколько дней пакет будет в Челябинске.

Максим взял документы, просмотрел их и положил на стол.

— Хорошо. Теперь остаётся ждать ответа.

Козырев присел на край стула.

— Как думаешь, Котин согласится? Всё-таки проект не его. Может, решит, что у них и без того хватает работы.

— Согласится, — ответил Максим. — Котин человек практический. Если увидит, что идея имеет смысл, разберётся. Конечно, у него могут быть замечания. Возможно, какие-то решения придётся пересмотреть. Но тяжёлый танк прорыва армии нужен, и он это понимает.

— А если всё-таки откажется?

— Тогда будем думать, что делать дальше. Но пока нет смысла заранее искать проблемы там, где их ещё не возникло.

Козырев усмехнулся.

— У тебя всё просто.

— Ничего простого здесь нет, Андрей. Просто если каждый раз ждать, пока все обстоятельства сложатся идеально, мы никогда ничего не сделаем.

Козырев поднялся.

— Ладно. Пойду проверю, как там с отправкой остальных документов.

Он вышел, а Максим снова подошёл к окну. Снег продолжал идти. За заводскими корпусами темнело, но в цехах не гасли огни. Там работали люди, которым предстояло превратить чертежи в настоящие машины.

Чертежи тяжёлых танков уже отправили. Теперь нужно было дождаться, пока они дойдут до адресата, и продолжать собственную работу. Время не позволяло отвлекаться надолго.

На западе гремели орудия. Война шла своим чередом, не считаясь ни с планами, ни с усталостью людей. И Максим знал, что в ближайшие месяцы задач меньше не станет.

Он вернулся к столу, разложил чертежи Т-54 и принялся за расчёты. Впереди была ещё одна длинная ночь.

Ответ из Челябинска пришёл через пять дней.

Максим вскрыл конверт прямо в кабинете. Письмо было коротким, без лишних объяснений.

'Товарищ Егоров!

Ваши чертежи и предложения получили и изучили. Идея с обратной компоновкой рубки представляет интерес. Начинаем работу. Первые опытные образцы планируем подготовить к концу лета. О результатах сообщим дополнительно.

Котин'.

Максим перечитал письмо дважды. Потом положил его на стол и посмотрел в окно.

В Челябинске согласились взяться за проект. Это ещё не означало, что всё получится именно так, как он задумал. Впереди были расчёты, проверка компоновки, конструкторская работа и испытания. Но главное уже произошло: проект не остался лежать в папке.

Работа начиналась сразу в нескольких местах. В Челябинске занимались тяжёлыми машинами, в Красноярске продолжали развивать среднее танкостроение и осваивать новые производства. Где-то в других городах тоже работали над оружием и техникой, без которых фронту было не обойтись.

Максим отложил письмо, придвинул к себе чертежи и снова взял карандаш.

Предстоял новый день. Снова расчёты, совещания, производственные вопросы и десятки мелочей, от которых зависело, удастся ли выполнить задуманное. Но теперь он хотя бы знал, что проект ИС-3 и самоходки получил продолжение.

Оставалось работать дальше.

Глава 5

Три пушки

Февраль 1942 года

Эшелон с пушками пришёл в последних числах февраля.

Максим узнал об этом от Козырева. Тот вошёл в кабинет без стука, на ходу снимая перчатки. По его лицу было видно, что новость хорошая, и он сам едва сдерживается, чтобы не выложить её сразу.

— Пушки прибыли. Все три. Состав уже на станции, разгрузку начали. Охрана выставлена.

Максим отложил бумаги и поднялся из-за стола.

— Кто с ними приехал?

— Наши сопровождающие и двое от Грабина. Инженер с мастером. Василий Гаврилович распорядился, чтобы они проследили за разгрузкой и помогли при установке.

— Хорошо. Поехали.

На станции встретил их пронизывающий ветер. За ночь выпал снег, и теперь платформы, шпалы и крыши товарных вагонов скрывались под белым покрывалом. Рабочие уже возились у груза, снимали крепления, проверяли стропы. Неподалёку от состава стояли двое мужчин в штатском. У одного, пожилого инженера с усталым лицом и красными от холода глазами, в руках была потёртая папка. Второй, коренастый мастер, молча наблюдал за разгрузкой.

Увидев Максима, инженер направился к нему.

— Товарищ Егоров? Мы от Василия Гавриловича. Он просил передать, что орудия готовы. Заводские испытания прошли успешно.

— Что именно проверяли?

— Ствол выдержал нагрузку, затвор работает надёжно. Эжектор тоже показал хорошие результаты. При его работе концентрация пороховых газов в боевом отделении заметно снижается. Даже если вентиляция не действует, разница существенная.

Максим внимательно посмотрел на инженера.

Это было именно то, чего он добивался. В прежней жизни ему не раз приходилось сталкиваться с рассказами танкистов о пороховых газах, которые после выстрела заполняли башню. В бою экипажу и без того хватало проблем, а тут ещё дым, гарь, резь в глазах. Вентиляция могла подвести, механизм мог выйти из строя, да и сам экипаж не всегда успевал включить её вовремя. Эжектор не решал всех вопросов, но делал работу танкистов заметно безопаснее.

— Значит, испытания подтвердили расчёты?

— Да. Насколько можно судить по результатам, всё работает так, как и предполагалось.

— Хорошо. Тогда приступайте к разгрузке. Только без спешки. Пушки должны попасть в цех целыми и невредимыми. Это первый комплект для новой машины, и испортить его по дороге было бы обидно.

Рабочие принялись за дело.

Орудия находились в деревянных ящиках, стянутых железными полосами. Внутри их защищали промасленная бумага, мешковина и опилки. К каждому ящику заранее подготовили крепления для подъёма краном. Грузчики действовали осторожно, по команде стропальщика поднимали ящики с платформы и опускали на специальные тележки. Оттуда их доставляли в третий цех.

Разгрузка растянулась на несколько часов. Максим не торопил рабочих, но и без необходимости задерживаться не позволял. Слишком многое зависело от того, как пройдёт установка орудий. Само по себе прибытие пушек ещё ничего не решало. Их предстояло соединить с башней, проверить механизмы, а затем установить башню на корпус. И только после этого можно было говорить о том, что опытный образец действительно обретает форму.

В третьем цехе их ждали Кучеренко и Кошкин.

Кучеренко стоял у ворот, в рабочей куртке, перепачканной машинным маслом. За последние недели он почти перестал появляться дома вовремя: всё свободное время уходило на обработку башни и подготовку деталей. Усталость была заметна даже по тому, как он держался, однако глаза оживились, едва он увидел тележки.